– Ты бесчувственная стерва. Ни капли нежности, любви и заботы. Тебя никто не волнует и не заботит. Даже твои родители. Когда мать отправили в больницу, ты полетела в Милан за шмотками.
– Я не могла пропустить! И к тому же билеты были куплены заранее.
– Мне не нужна такая жена!
– Ты идиот! Мне надоело подобное свинское отношение!
– Все, достала. Мы приедем, и я закончу этот фарс. Потом уеду. Хочу открыть свое дело.
– Что? Да как ты смеешь?! Я буду жить только в Москве. Остальные города – помойка.
– Мне плевать! Я тебе все сказал.
– Сволочь! Да кто ты такой, чтобы так со мной разговаривать? – рявкнула она и ударила его по плечу.
– Успокойся, я за рулем, – процедил мужчина, стараясь не повышать тон. Зная эту ненормальную, всего можно ожидать. Мозгов совсем нет.
– Подлец! Какой же ты подлец, Егоров! Но знаешь, я просто так не сдамся. Слушай меня! Я тебе скажу так… – замечая, что мужчина не смотрит на нее, женщина выдала странный звук и закричала: – Ах так? Плевать на меня?
– Оля, не кричи! – выдал мужчина, сосредотачиваясь на дороге, отмечая, что позади красная приора идет на обгон. Он ухватил за руль, как вдруг девушка вцепилась в его руки, громко завизжав в ухо:
– Тварь! Какая же ты тварь! Значит, тебе нужна хорошая, а я стерва? Подонок!
– Ольга, убери руки! – прогрохотал мужчина, отталкивая женщину, но она отцепила ремень безопасности и бросилась к нему, выдыхая в лицо:
– Я хочу, чтобы ты смотрел только на меня!
– Твою мать, отвали! Ты что творишь, идиотка? – с яростью взревел мужчина, сбавляя скорость, пытаясь оттолкнуть неадекватную психопатку, когда вдруг внедорожник спереди рванул на соседнюю полосу.
Мужчина с ужасом уставился вперед. Он летел на машину, стоявшую на дороге. Егоров моментально попытался вывернуть, но девушка вдруг закричала и кинулась на него.
Егоров с яростью оттолкнул ее и моментально взревел, ощущая боль, слыша жуткий скрип.
Удар от приоры пришелся в бочину с левой стороны. Иномарка Егорова полетела в машину, от которой пытался уйти. Столкновение было неминуемо. Их откинуло в кювет, где машину крутануло на 180 градусов и с грохотом вбило в рыхлую землю…
Все исчезло…
Крики, шум, гул.
Боль…
Мужчина с трудом открыл глаза, пытаясь понять, жив или нет. Сложная задача, когда не можешь пошевелиться. Его прижало. Прижало телом Ольги, которую так придавило к нему, что он не мог двигаться, но чувствовал ее руки, мертвой хваткой вцепившиеся в шею и лицо…
Она вся была на нем… Точнее кровавая масса, что осталось от нее.
Невыносимо жуткий запах, вызывающий тошноту, уничтожал разум. Мужчина пытался дышать, что давалось с трудом. Попытка пошевелиться увенчалась провалом. Только тело женщины чуть сместилось… еще ближе к нему. Вздохнул, не желая принимать, что ничего нельзя сделать.
Как же так?
Проклятье…
Руки… только ими мог двигать. Но то, что трогал, еще больше вызывало тошноту. Девушку размазало по нему и зажало железом, не оставляя шанса выбраться.
Дышать с каждой секундой было тяжелее… Не смотря на боль и на тело девушки, Егоров пытался вновь и вновь сдвинуться, но ничего не получалось. Оставалось только ждать. Ждать, что его вытащат отсюда…
Если это случится… до того, как он задохнется.
* * *
Мужчина проснулся в поту, тяжело дыша, оглядываясь по сторонам. Сон. А точнее – воспоминание, долгие годы преследующее его как кошмар. Он сел и вытер лоб, чувствуя себя отвратительно. На часах показывало – два ночи. Справившись с эмоциями, заставив себя, Дмитрий глянул в сторону стены, где стояла раскладушка, и, отмечая, что Багирова нет, поднялся и направился на выход.
Проходя мимо спальни, хотел заглянуть, но не стал. Елена не одна.
Сутки находились в деревне. Через три дня думали возвращаться.
Выйдя на улицу, мужчина быстрым движением стянул мокрую майку и бросил на высокий заборчик. Холодный ветер атаковал разгоряченное тело, но мужчина в этом как раз нуждался. Втянув полной грудью прохладу ночи, пытаясь прийти в норму, Дмитрий заметил свет в беседке.
Багиров. Только он.
Тропинка из кирпичей привела в небольшую деревянную беседку, где в центре стоял стол и две скамейки. Максим сидел на старом диване с вылезшими пружинами, накрытым вязаным пледом, и курил.
– Не спится? – протянул он, выдыхая табачный дым ноздрями.
Егоров прошел к левой стене с рамой в виде окна без стекла и уставился на деревья. Ничего не говорил, да впрочем, и не требовалось. С Багировым можно просто стоять…
Раньше с Максом они хорошо общались. Знакомство было запоминающимся. Получилось, что кинулись спасать девушку от озверевшего парня-садиста, а потом вместе пили, усмехаясь, какие болваны. Спасенная красавица заявила, что не просила о помощи и послала куда подальше. Вот так и завязалась дружба.
– Только тогда сможешь нормально жить, когда отпустишь боль.
Егоров горько усмехнулся, удивляясь, что все хотят вылечить и помочь, и пробубнил:
– Решил мозги вправить?
– Ну, ты же сам не справился.
– Откуда знаешь?
– Ты шесть лет прятался от всех, даже от себя, ударившись в работу.
Егоров не ответил. Просто стоял и смотрел на луну. Но как-то поник, пока не услышал:
