– Так чего плетешься? Оторвись от них!
Водитель только покачал головой, прибавляя скорость. Его уже раздражали рычания Андреева, который держал девушку за шею, пытающуюся освободиться, закрывая ладонью рот. Он смотрел в зеркало и каждый раз закрывал глаза, откровенно раздражаясь. Как ему надоела такая работа. С каждым днем все больше и больше.
Но деньги… они успокаивают.
Выжав газ до двухсот, иномарка летела по трассе. Заметив, что оторвались, водитель довольно хмыкнул. Повернулся к нанимателю и кивнул, намекая на то, как он идеально сработал. Ничего не получив в ответ кроме пренебрежения, мужчина сел ровно. Только решил сбавить скорость, как вдруг на дорогу перед машиной выбежала крупная косуля. Неожиданно, к чему он не был подготовлен.
Мощный удар, и животное разорвало надвое, откидывая в стороны.
Водитель не видел этого, пытался справиться с управлением. Через секунду иномарка слетела в кювет.
Пронзительный крик девушки, проклятья Андреева прозвучали слишком тихо для него. Мужчина ничего не слышал, он с ужасом смотрел на дерево, перед тем как закрыть глаза… навсегда.
* * *
Егоров находился в палате и смотрел на женщину, без которой не хотел возвращаться в обычную жизнь, отказывался выходить отсюда. Только с ней.
Долбаные сутки он сходил с ума, переживая, что она не откроет глаза. Время превратилось в пытку.
И хоть врач сказал, что жизни ничего не угрожает, Егоров отказывался верить, желал убедиться. Только тогда он сможет успокоиться. Мужчина до сих пор удивлялся тому, что Елена не пострадала только потому, что Андреев укрыл своим телом. Сейчас он находился в отделении реанимации в глубокой коме – закрытая черепно-мозговая и повреждение ствола головного мозга. Если выживет, то будет инвалидом в вегетативном состоянии. Но это и правильно, как считал мужчина. Если бы этот подонок не пострадал, он бы собственными руками придушил его. Водитель скончался на месте.
Дмитрий до сих пор не мог принять того, что произошло.
Будто вернулся в прошлое, но только сейчас он воспринимал аварию в сто раз невыносимей. Еще бы… ведь в машине находилась его женщина. Не он. Желанная женщина, без которой не представлял жизни.
Когда она стала так важна, он не уловил момента. Но знал точно – не отпустит, сделает все, чтобы была рядом. Он стал зависим от ее взгляда, нежности, огня души.
До сих пор стоял ужас перед глазами, когда иномарку откинуло в кювет. Как и тогда… В тот момент он как будто сошел с ума. Не сдерживая эмоций, зарычал, стараясь не думать, только действовать. Мужчина резко остановил спортивную тачку на обочине и бросился к перевернутой машине. Мысль в голове стояла одна – лишь бы выжила. Только бы осталась жива.
Дмитрий не помнил, как шел, как выходил. С того момента, как Оксана закричала, что пожар и рядом с ней он не увидел Елены, он двигался словно в тумане. Движения на автомате. А потом, когда увидел, что передок снесло, по телу пошел ледяной озноб. Егорова затрясло. Он лихорадочно начал смотреть, пытаясь понять, где Лена. Пока не нашел, не успокоился, только дверь покорежило, и невозможно было достать. Как он не пытался, не мог открыть пока рядом не оказался Баригов с ломом.
Не передать его состояния, когда увидел, что она без чувств и в крови. На секунду переклинило, а потом отключил эмоции, поставив целью вытащить девушку из-под тела мужчины.
Время замерло…
Мужчина видел только Елену.
Его ничего не волновало, лишь она. Скорая, полиция – не слышал и не видел. Сидел рядом, умоляя проснуться.
Пока мчались в машине скорой помощи в направлении больницы, сжимал ее руку и умолял, чтобы вернулась. В тот момент понял, что не отпустит никогда. Ему никто не нужен. Только бы иметь возможность признаться в этом, чтобы она знала. Она должна знать, а значит жить. А когда остался в коридоре перед дверью операционного блока, как раненый зверь бродил кругами, обещая себе, что как только ее вывезут, то не отойдет ни на шаг.
Идиот. Как мог вообще отпустить? Даже в соседний двор, сад. ДА ПЛЕВАТЬ КУДА. Что еще ждать от Лены, доброй и милой, готовой броситься на помощь? Нужно было предугадать. Какого черта посмел ее оставить? Теперь никуда. И неважно, что там надумала, обязательно добьется любви своей женщины.
Теперь он понял. Все понял. Главное – чтобы не поздно.
Только бы не поздно.
Тогда это были его единственные мысли и теперь ее жизнь вне опасности, но Лена не приходила в себя.
Пугало. Он не знал, что думать. Врачи его обходили стороной.
Конечно, сейчас он понимал, что был груб, но тогда эмоции полностью овладели сознанием.
Глянув на руку в гипсе и на голову в бинтах, мужчина протянул руку и провел по лицу. Ласково, с любовью и надеждой. Но тут же застыл, заметив, как затрепетали ресницы. Девушка открыла глаза, в которых плескалась боль и усталость, и попыталась открыть рот, но было тяжело.
Дмитрий слегка сжал руку, испытывая восторг, и попросил:
– Не говори, если сложно. Отдыхай.
– Ты…
– Я…Теперь от меня никуда не сбежишь. Буду рядом.
Заметив ее вымученную улыбку, он хрипло признался:
