Сидят по своим норам и боятся, ожидая чего-то. Что ж, их можно назвать сущими глупцами. Боятся подохнуть, как скот на мясобойне! - прокряхтел старик. - Вампиры орудуют в окрестностях Ариголы! Вот чего они боятся. Но если это действительно так, то им все равно не спастись. Беззастенчиво глупые верят в сказки, но старик Сабиани не такой. Я-то знаю, в чем секрет.
- И в чем же?
- Человек всегда боялся непонятного. И чтобы преодолеть свой страх, он старался объяснить все, что ему неведомо. Будь то существа с того света, инопланетяне или душевнобольной из Баранбы. Я ничего не пытаюсь объяснить. Я просто знаю, что все они сумасшедшие. Сабиани слишком стар, чтобы верить в небылицы. Я скорее поверю в то, что моя жена снова меня полюбила, чем всерьез восприму сказки о вампирах!
- Вот как?
- Совершенно точно! Жанна - лучшее, что было в моей жизни. Двадцать лет вместе. К сожалению, не дотянули. Постой-постой…
Старик замолчал, явно вспомнив о чем-то важном.
- Я помогу тебе. И только потому, что ты не коп.
- Чем вы можете помочь мне, мистер Сабиани?
- Не я, - старик улыбнулся. - Если тот, о ком ты так хочешь знать, был в списках архива, то тебе может помочь моя жена. Милая Жанна обладает уникальной фотографической памятью. Она много раз помогала мне проводить инвентаризацию в архиве. Читала много архивных документов. Ее интересовала история Ариголы и ее жителей. Однажды я решил поинтересоваться у нее о нашем новом градоначальнике. «Жанна, - сказал я. - А ты не могла бы посмотреть по документам, кто такой этот наш новый мэр по имени Дарей Пол, и откуда он взялся? - Самому мне было лень копаться в архиве и я, заметив ее интерес к засекреченным сведениям, подумал, почему бы не попросить ее об этом. - Там должна быть полная информация». На что она мне ответила: «Зачем же снова лезть на полки? Я и так все помню». И рассказала мне все, о чем прочитала в досье Дарея Пола, которое, как и тысячи других дел, перекладывала с места на место не один раз. От места и года его рождения до родственных связей. Она помнила все! Понимаешь, детектив? Даже не просто все, а абсолютно все! Я, конечно, всегда знал, что у нее хорошая память, ну а в том, что она феноменальна, я убедился лишь тогда. Как раз после того, как новый мэр заступил на свой пост.
- И где же сейчас ваша жена?
- Мы уже давно не живем вместе, хотя официально еще женаты. - Сабиани тягостно вздохнул. - Но мы поддерживаем дружеские отношения. Ах, эти отношения… Это единственное, что у нас осталось.
Роберт боялся сбить его с мысли и того, что он передумает откровенничать, поэтому молчал.
- Она помогала мне по работе в архиве до самого последнего дня. Я думаю, наша любовь еще не умерла до конца. Она сохранилась. - К задумчивости архивариуса прибавился новый оттенок. С примесью надежды. - Я в это верю.
- Тогда почему вы расстались? - с осторожностью спросил Роберт.
- Почему? Да ты посмотри на меня! В кого я превратился после этого гребаного пожара? Я же инвалид, старый немощный кусок дерьма! Кому я нужен?
- Но до этого вы столько лет прожили вместе…
- Это ничего не значит! Я могу ее понять. И это не предательство. Усек?
Глаза старика горели. Незрячие, почти потерявшие свой цвет, они каким-то волшебным образом светились.
- Ну да ладно, - он махнул рукой. - Что-то я совсем заболтался. Тебе, наверное, нужно знать, где она живет? Тебе лучше искать ее в средней школе на Вечерней улице. Она там работает учителем. Она постоянно там. Раньше, когда мы жили вместе, мне казалось, что ей и дом-то особо не нужен. Она до позднего вечера просиживала у себя в классе, проверяя все эти тетрадки, задания. Нередко возвращалась домой далеко за полночь. Я не думаю, что после нашего расставания что-то поменялось.
- Что ж, огромное вам спасибо, я обязательно навещу вашу жену. - Роберт поспешил откланяться.
- Детектив?
Он обернулся.
- Ты ведь пойдешь в полицию?
- Не сейчас, но потом вполне возможно.
- Так вот, напомни им там обо мне. Скажи, что они мне задолжали. Мне положена пенсия от города. Самому мне сложно передвигаться, я ведь ни черта не вижу. Да и не охота ходить и клянчить. Я бы и тебя не просил об этом, если бы дома было что пожрать. Ты им так и передай, что я не совсем еще из ума выжил. И не забыл, что мне положена пенсия. Я пострадал! Понимаешь? Сильно пострадал. И это касается не только моих глаз.
Старик снял шапку, и Роберт увидел изуродованный огнем лоб. Обожженная плоть еще не зажила, местами она наслаивалась на новую, очень тонкую, сквозь которую просвечивалась кость. На макушке ожог кровоточил, виски оккупировали косые, рваные порезы.
- Вот так. - старик снова надел шапку на голову. - Почему я должен терпеть все эти мучения и не получить за это ни гроша?
- Не должны, - согласился Роберт, пытаясь проглотить сухой ком в горле. Тот застрял скрученной наждачкой и не хотел проходить внутрь.
- Передай им, что я жду свою пенсию, - сказал Сабиани напоследок и исчез во мраке дома.
Роберт проводил его взглядом. Старик ушел, но за дверью еще долго слышался глухой стук его трости.
