Я подумала об Ашере и Люси, о Бене и Лауре. Что, если я никогда их больше не увижу? Как будто он мог читать мои мысли, Дин кивнул.
— Сегодня вечером мы исчезнем, а ты будешь вести себя, как послушная, маленькая принцесса, хорошо? Никакого больше использования твоего умения, если только я не потребую от тебя этого. Ты знаешь почему?
Если мне кто-то говорил, когда мне можно было использовать мои способности, я быстро взрывалась, всё же проглотила мой гнев и притворилась покорной. Моё быстрое дыхание, хотя и приглушённое, было чётко слышно в комнате.
— По двум причинам. Во-первых, я знаю, благодаря записи твоей матери, как мне найти защитников и с радостью расскажу им, где они найдут твоего любимого отца. А мы оба знаем, что защитники делают с невинными людьми, не так ли?
Мне не нужно было изображать дрожь из-за страха.
— Во вторых…
Он зашёл сзади, схватил меня за руку и рывком потянул её, так что маленькие, тонкие кости моего запястья поддались и сломались под давлением. Грязный кляп заглушил мои крики боли.
Потом Дни склонился ко мне вниз.
— Я же вижу, что ты притворяешься, Реми, — прошептал он. — Ты не можешь избавиться от мятежного огня в твоем взгляде. Но ты ещё научишься страху. Всему своё время, и убийство тоже, и я напомню тебе, что случиться, если ты причинишь мне неприятности.
Шершавыми пальцами он погладил меня по щеке, ужасная пародия ласки Ашера.
Потом давление на моё сломанное запястье увеличилось и мне хотелось, чтобы смерть пришла поскорее и боль исчезла.
* * *
Мои приглушённые крики уже как несколько часов превратились в стоны. Дин высмеивал меня и издевался. Между ударами он заставлял меня исцелять мои травмы, чтобы он мог наблюдать за тем, как работали мои способности. Слишком рано мои силы иссякли, а боль не ушла.
Когда она стала слишком интенсивной, мой дух отделился от тела и места. Без реакции, которой он мог наслаждаться, Дину в конце концов это наскучило. Он вышел, чтобы поискать идеальную машину для побега на стоянки за молодёжным общежитием.
Как только он ушёл, я просканировала себя, борясь при этом с отчаянием, которое перекрывало мне воздух. Три ребра были сломаны, как и запястье и два пальца на моей правой руке и у меня был ряд ожогов, от моего левого локтя вверх до плеча, дополнительно один ужасный на шее — наказание за то, что я потеряла сознание. Всё болело, включая мою голову.
Видела я ещё только всё расплывчато и предполагала, что из-за повторных ударов Дина у меня появилось сотрясение мозга.
Я была слишком слаба, чтобы исцелить себя и именно на это он и рассчитывал. Таким образом, он мог быть уверен в том, что я не отомщу во время побега. Он хотел видеть меня приручённой и дрожащей от страха, потому что мог обеспечить бесконечный источник боли. Его намерение, шаг за шагом сломить меня ещё немного больше, заставить подчиняться его воли, будет иметь успех. Стыд загорелся за моими глазами, и я их закрыла.
О Ашер. Пожалуйста, помоги мне. Я не справлюсь с этим в одиночку. Дверь открылась, и Дин вошёл, быстро шагая. Свет, который проникал через жалюзи, уже давно исчез.
— Время уходить, принцесса! — Он склонился вниз, чтобы отвязать мои руки и ноги. Когда кровь потекла назад в вены, было так, будто по мне ползает тысяча огненных муравьёв. Когда я смогла встать, я зашаталась, как пьяная. Я была слишком слаба для того, чтобы идти, не говоря уже о том, чтобы атаковать его.
Ругаясь, он ждал, в то время как я зашаркала перед ним в умывальную комнату, где он заставил меня вытащить кляп и вымыть с лица вновь появившуюся там кровь. Он бросил мне свитер, который я должна была одеть, чтобы не было видно испорченной одежды и ожогов на руках.
Когда я не смогла поднять руки над головой, он так грубо одёрнул свитер вниз, что вокруг меня всё закружилось. Наконец-то довольный, он приказал мне выйти в коридор. Я размышляла над тем, стоит ли мне без кляпа начать кричать, но это казалось бессмысленным, когда Дин окажется быстрее возле меня, чем я даже смогу прошептать.
Мы покинули общежитие через боковой выход и поднялись по небольшой наклонной поверхности к ряду машин, которые были припаркованы вдоль подъездной дороги. За ней начинался лес. В одном из окон на втором этаже общежития горел свет. Несколько человек были в пути, но судя по количеству машин, они были вероятно единственными. Каким-то образом Дину удалось, получить единственную отдельную комнату на пустом первом этаже.
Я дрожала на влажном холоде, в то время пока ждала, что он взломает старую Шевроле Малибу без сигнализационной системы. Он откуда-то раздобыл отвёртку и теперь всунул её в замок зажигания, чтобы зависти мотор. Эта пронырливая крыса была чистым мастером выживания. Как только двигатель завёлся, он приказал мне сесть на сиденье водителя, а сам занял место позади. Всё это время ему удавалось держать оружие между нами.
