После школы я поехала позаниматься уроками в кафе Кловер и облегчённо вздохнула, когда нигде там не обнаружила Ашера. Уже в течение нескольких недель он читал мои мысли. Очевидно не все, потому что мне пришлось сказать ему, что я знала, что он защитник, но явно достаточно и из-за этого мне было неловко.
Я вспомнила тот вечер, когда он в машине обрушил на меня свою энергию. Что он тогда ещё раз сказал? Проклятье, Реми, я не хотел этого делать! Я была в большом замешательстве и рассерженна, чтобы понять, что это замечание не имело смысла. Кроме как если бы он пытался сделать всё, чтобы предупредить, каким мог быть для меня опасным. Необязательно то, что сделал бы враг.
После того, как я заказала кое-что выпить, я пошла в туалет, который находился в коридоре, немного в стороне от самого кафе.
Когда я снова вышла, то обнаружила Габриеля, который прислонившись к стене, стоял в тусклом коридоре. Нервно я попыталась пройти мимо, но его голос заставил меня остановиться.
— Давай поговорим, целительница! — Его тон не допускал возражений. С рукой непосредственно возле моей спины, он провёл меня вдоль коридора. Чтобы он не прикоснулся ко мне, я на всякий случай увеличила расстояние между нами. Меня не удивило то, что он отвёл меня на склад. Если бы он закрыл за нами дверь я бы начала звать на помощь, но он оставил её открытой и только отступил в одну сторону комнаты.
— С меня довольно, как вы, Блеквеллы постоянно мной помыкаете! — Он молчал.
Владелица кафе, женщина лет сорока, случайно прошла мимо и заглянула к нам.
— Что вы, ребята, здесь забыли? Эта комната табу!
Она казалось раздражённой и переутомлённой. Чувствуя облегчение от того, что ускользну от Габриеля, я сделала шаг к двери, но он загородил мне дорогу. Я наблюдала за тем, как он использовал свою красивую внешность, чтобы сделать вид, будто влюблён в меня.
Ему нужны лишь пять минут со мной наедине, чтобы убедить меня в том, что его намерения серьёзны, могли бы мы поэтому, пожалуйста, остаться здесь, если он пообещает, ни к чему не прикасаться? Он флиртовал во всю, пока она с покрасневшими щеками и, покачивая бёдрами, не удалилась прочь.
— Нет, правда, впечатляет! Тебе сколько, в два раза меньше, чем ей? — Моё отвращение не затронуло его.
— Напротив, я на десятки лет старше её!
Мы стояли напротив друг друга и приняли угрожающую позицию, как враги, которыми мы и являлись. Раздражённая его высокомерием, я покачала головой.
— Чего тебе надо?
Он скрестил на груди руки, и ему удавалось выглядеть одновременно расслабленно и угрожающе. Потом он пристально посмотрел на меня.
— Я хочу знать, что ты к чёртовой матери делаешь с моим братом, целительница!
— Ты шутишь, не так ли? — Когда он не моргнул и глазом, у меня по коже пошли мурашки. Возможно, Габриель мог быть опасным. Тень легла на его глаза, когда он протянул руку, чтобы коснуться моей. Я подняла защитные стены вверх.
— Ашер прав. — Он разглядывал зелёные искры, которые выступили из моей кожи, когда он опустил руку. — Это чертовски больно.
Он чувствовал тот же побочный эффект, что и Ашер, когда моя защитная система была отключена. Видимо моя энергия была для всех Блеквеллов ядом. Знание того, что я причинила ему боль, дало мне уверенности в себе.
— Дерьмово, чувствовать себя снова как человек, не так ли?
Его глаза опасно вспыхнули и я вздрогнула. Я не знала, что Ашер рассказал ему обо мне и должна была быть осторожна.
— Что именно ты имеешь в виду, говоря, что я что-то сделала с твоим братом?
Он пронзил меня своим взглядом.
— Девочка, ты настолько наивна? Знаешь, что означает его решение вступить с тобой в союз?
Уже во второй раз один из Блеквеллов называл меня наивной. Несмотря на мой гнев, я оставалась спокойной.
— Насколько я знаю, у нас у обоих не было в этом вопросе другого выбора.
Габриель мрачно улыбнулся.
— И всё же ты делаешь всё, чтобы бороться против него. Я считаю, это похоже скорее на одностороннюю связь.
Я подумала о способностях Ашера читать мои мысли и не была готова сообщить об этом Габриелю, если его брат тоже этого не сделал.
Габриель положил руку на полку рядом с собой. Из-за этого он казался выше, более утрошающим. Это и была его цель, и я спрашивала себя, как этот манипулятивный чувак мог быть родственником Ашера.
— Знаешь, каждый раз, когда он касается тебя и каждый раз, когда ты опускаешь вниз свою защитную стену, он испытывает адские муки. Возможно, вы вступили в союз непреднамеренно, но не думай, что он добровольно будет рисковать, чтобы быть вместе с тобой. Теперь, когда у меня есть представление о том, через что ему приходиться проходить, мне стало ясно, что он идиот.
Я не знала, что это было настолько плохо. Может он и чувствовал себя более живым, но если в теории облучения что-то есть, то он также испытывал сильную боль. Жизнь без ощущений должно быть доводила защитников до безумия, если они были готовы убивать целительниц, только чтобы снова что-то почувствовать.
