Слова всё ещё не хотели формироваться, поэтому я опустила ментальную стену и понадеялась, что он найдёт в моих мыслях то, что ищет. Вслед за этим он, с мрачным выражением лица, которое обо всё говорило, замолчал. Мои чувства были для него загадкой, которую он не мог решить даже тогда, когда читал мои мысли.
Когда я подошла и притянула за воротник его лицо к себе вниз, он не отпрянул. Его настроение немного улучшилось и он казался удивлённым, когда секунды перед тем, как я поцеловала его, узнал из моих мыслей о моём намерении.
Ашер реагировал медленно, и я знала, что смутила его. Когда я хотела отстраниться, он крепко прижал меня к себе.
— Останься, — прошептал он.
Когда я услышала знакомую просьбу, напряжение от страха прошло. Я никуда не уйду, потому что нигде в мире не хотела быть так сильно, как рядом с ним.
Ашер крепко прижимал меня к себе, а его ментальная стена опустилась вниз.
— Ты значишь для меня всё.
— Я испытываю тоже самое, Ашер.
Слова возникли у меня в голове, и я знала, они были верны. Я пыталась сопротивляться моим чувствам по отношению к нему, но всё напрасно. Я вспомнила, как он рассказал мне, что та веснушка, что в правом уголке моего рта, очаровала его. Как этот спрятанный поцелуй дразнил его. Когда он поцеловал меня туда, я улыбнулась.
Мы оба не были подготовлены к той боли, что подступила, когда моё тело начало исцелять его.
Между нами взорвался поток энергии.
Это напомнило мне тот вечер, когда я чуть не утонула, а он послал щупальца своей энергии в мои конечности, ослабил меня, в то время как сам набирал силу. Однако в этот раз это моя энергия овладела его телом, и я была бессильна что-либо сделать. Против моей воли моё тело исцеляло другое. Только Ашер не был ни болен, ни ранен. Он был бессмертен.
О, Реми, у тебя есть дар сделать их снова смертными. Я услышала в голове голос Анны и поняла, что происходило прямо сейчас. Было совершенно не ясно, сможет ли пережить это Ашер или нет. Я попыталась оторваться от него и почувствовала, что он делал тоже самое, но мы оба потерпели поражение. Я потеряла контроль над своим мастерством и подвергла Ашера опасности. Каким-то образом мне нужно прервать связь, заставить моё тело, прекратить это, прежде чем Ашер потеряет свою жизнь. В отчаянии мне пришла идея. Если я могла представить себе, как исцелялись кости, тогда… возможно…
Прежде чем мысль полностью сформировалась, Ашер уже знал, что я собиралась сделать. Он сопротивлялся, старался, в отчаянной попытке защитить меня, поднять свою защитную стену вверх.
— Реми, нет!
С немым воплем перед предстоящей болью я собрала жар и энергию и представила себе, как ломается здоровое ребро, образуя прямой перелом. Когда моё тело освободило Ашера, мы отшатнулись друг от друга, а с моей кожи, потрескивая, сыпались зелёные искры.
— Реми! — Паника в его голосе проникла через гудение у меня в ушах.
Наши стены поднялись вверх, и я согнулась пополам, чтобы можно было дышать и не опасаться при этом получить внутренние повреждения. Ашер сохранял дистанцию, но его глаза горели диким желанием защитить меня. Когда он направился ко мне, я знала, он был готов, ради меня, рисковать своей жизнью.
— Нет! Не подходи! — Мой панический крик заставил его замереть. — Ашер, — объяснила я более нормальным тоном. — Это из-за меня. Мой тело взяло верх и начало обрабатывать тебя. Дай мне ещё чуточку времени и оставь свою защитную стену наверху.
С закрытыми глазами я сосредоточилась на том, чтобы исцелить сломанное ребро. Ничего не случилось. Таким образом, я ещё никогда не ранила себя и видимо из-за этого вызвала короткое замыкание в моих силах самаисцеления. Задыхаясь от боли я сосредоточилась на Ашере, который дышал поверхностно и быстро.
Он смотрел на меня обеспокоенно и сжал руки в кулаки. — Что случилось?
— Ты этого не знаешь? Разве ты не прочитал мои мысли?
— Нет.
— Ашер, то что сказала Анна, правда. Я думаю, моё тело пыталось излечить тебя. — Он нахмурился.
— С тобой всё в порядке?
С каждой секундой мне было всё сложнее дышать, а моя грудь адски болела. Что-то было не так. Когда я обычно имела дело со сломанным ребром, было совершенно другое чувство. Ашер должно быть заметил мою растущую панику, так как протянул свои руки ко мне, не заботясь о моем оборонительном жесте.
— Реми? Я прикоснусь к тебе сейчас, — сказал он спокойно. — Наша защита наверху, поэтому должно быть всё хорошо. Паром сейчас пристанет к берегу, и я должен отвести тебя назад к машине, прежде чем люди начнут задавать вопросы. Ты можешь идти?
Ничего, кроме страха перед тем, что меня обнаружат, не заставило бы меня в этот момент двигаться. Он должен был поддерживать меня, потому что одна я не смогу добраться до машины. Я коротко кивнула, и он обнял меня рукой, помогая.
Когда ноги больше не смогли нести меня, он поднял и пронёс оставшееся расстояние. Ему удалось открыть дверь машины, не опуская меня на пол и положить на заднее сиденье. Я услышала, как он завёл мотор, а потом выругался, потому что перед нами ещё было так много машин.
