– Катись к черту, – выплюнула Персефона.
Мужчина тут же наклонился вперед, схватил за волосы и оттянул голову назад. Встретившись с ним взглядом, она заметила, что цвет его зрачков сменился с черного на золотой.
– Ты… полубог?
Его губы изогнулись в злобной ухмылке.
– Сын Зевса.
– О боги. Неудивительно, что ты оказался таким отвратительным ублюдком.
Он дернул ее за волосы еще сильнее, и Персефона вскрикнула, изогнувшись, чтобы уменьшить натяжение. Она снова потянулась к своей магии, и хотя та ощущалась уже ближе, ей снова не удалось ее призвать.
«Что он со мной сделал?» – подумала она. У нее кружилась голова, а желудок скручивала тошнота.
– Неблагодарная, – прошипел он. – Я же тебя
– Ты делаешь мне больно.
– Ты думаешь, это боль? – спросил он, но все же отпустил ее. – Боль – это видеть, как женщина, которую ты любишь, влюбляется в другого.
Персефона сконцентрировалась на своей магии. Она наполняла ее – медленно, но верно.
– Пирифой, ты меня совсем не знаешь. Как ты можешь любить меня? – спросила она.
– Я люблю тебя! Разве я это не показал? Сердца, записки, цветок?
– Это не любовь. Если бы ты любил меня, то не притащил бы сюда.
– Я притащил тебя сюда, потому что люблю тебя, разве ты не видишь? Есть люди, которые хотят разорвать нашу связь.
– Например, Аид? Могу тебя заверить, он тебя точно разорвет.
– Не произноси его имя!
– Аид найдет меня.
Пирифой угрожающе навис над ней, и она зажмурилась. Но он до нее не дотронулся. Она открыла глаза и обнаружила на себе лишь его яростный взгляд.
– Почему он?
Персефона задумалась, что ему ответить – так, чтобы усмирить его и заставить уйти.
– Потому что так указали мойры, – ответила она.
Он побледнел, и на мгновение Персефоне показалось, что задуманное ей удалось, но он оскалился и прошипел:
– Ты лжешь!
Он опустился перед ней на колени.
– Почему он? Дело в сексе?
Персефона напряглась и сжала ноги, когда Пирифой положил ладони на стул по бокам от нее.
– Расскажи мне, что он делает – как тебе нравится? Я смогу сделать лучше.
– Не смей меня трогать! – завопила Персефона, попытавшись отодвинуться от него, однако ее пятки лишь скользнули по полу. Пальцы Пирифоя вцепились ей в кожу, и он развел ее ноги. Она снова потянулась к своей магии – она была близко, так близко.
– Нет!
– Тебе понравится. Я обещаю. Ты перестанешь даже думать о нем, когда я закончу.
Нет, ей захочется лишь умереть.
– Я сказала «нет»!
Она закричала, и ее магия наконец пробудилась, пробившись сквозь странный барьер, затуманивший ее разум. Из-под земли вокруг нее вырвались колючие стебли. Они создали клетку, защищая Персефону от Пирифоя и поранив его.
Он закричал.
– Ты не сможешь меня удержать!
Он схватился за стебли, пытаясь сломать ветки голыми руками. Когда это не сработало, он исчез и вернулся с ножом, которым попытался перерезать преграду из колючек.
Персефона закричала, и стебли начали утолщаться, пока наконец не разорвались на щепки.
Пирифоя отбросило назад. Он ударился о стену, после чего мешком свалился на пол. Одна толстая палка словно кол проткнула ему грудь.
Он был мертв.
Пару мгновений Персефона просто сидела, медленно дыша. А потом ее неожиданно накрыло невыразимое чувство – смесь потрясения и ужаса.
Она убила человека.
Богиня закричала.
– Помогите. Кто-нибудь, пожалуйста, помогите! – зарыдала она. – Аид!
Она попыталась высвободиться, но вдруг заметила какие-то силуэты над головой.
– Эринии, – прошептала Персефона, тяжело дыша из-за своих лихорадочных стараний.
Богини парили в воздухе. Их бледные тела будто сияли в темноте.
– Невеста Аида, – отозвались эхом их голоса. – Теперь ты в безопасности.
Перед ней возник столб дыма, и из него появился Аид в своем божественном облике. Высокий и величественный, он навис над нею черной пустотой. Его глаза, свирепые и неистовые, заметили ее, и он замер. Персефона не думала, что кто-то еще смог бы уловить это странное спокойствие, что накрыло его при виде ее, но она видела это – она чувствовала и знала, что под всеми его одеждами каждая мышца его тела была напряжена. Он, казалось, замешкался, и она почувствовала, что Аид разрывается между тем, чтобы подойти к ней или заняться Пирифоем.
Наконец он повернулся к смертному, что украл ее.
Раздался громкий вздох – Аид вернул полубога к жизни.
Пирифой тяжело задышал, и странный стон вырвался у него из горла. Он ничего не сказал, но его глаза широко распахнулись, когда он увидел Аида.
– Я вернул тебя к жизни, – произнес Аид, – чтобы сказать тебе – я с наслаждением буду пытать тебя до конца твоей вечной жизни.
Смертный, казалось, еще недостаточно пришел в себя, чтобы осознать, о чем говорит Аид, но бог все равно продолжил:
– По правде говоря, я думаю, что оставлю тебя в живых, чтобы ты мог размышлять, страдая от боли.
Он щелкнул пальцами, и земля под ногами Пирифоя разверзлась. Его падение в подземное царство сопровождалось пронзительным криком.
Аид повернулся к Персефоне и одним мановением руки разорвал ее путы. Она упала в объятия Аида, и тот, прижав ее к себе, повернулся к эриниям:
– Алекто, Мегера, Тисифона – присмотрите за Пирифоем.
Они кивнули.
