Я не красавица, но как многие говорили, милая! И это больше всего раздражает. Напоминает гостей, которым блюдо не понравилось, но чтобы не обидеть хозяйку, воркуют: "Мило! Непривычно! Но больше не хочу, я уж вдарю по-твоему фирменному..." Говорят, что молодость - самое прекрасное время. Может быть. Но для меня - это было самое страшная пора. Если бы вы знали, сколько слез я пролила в юности, как часто молила о смерти, с каким трудом я шла по дороге судьбы. Назвать причину не смогу. Ее не было. И в тоже время она была. Я ждала человека, которого смогу полюбить. И где-то подспудно знала, что его нет, не было и никогда не будет - это с одной стороны. С другой, порой я чувствовала в себе необъяснимую силу, которую никак не могу разбудить, я рыдала от бессилия, зная, что могу свернуть горы, если бы не сковавший меня страх. Понимаете, меня постоянно преследует страх, страх того, что я должна понести наказание, за какой-то страшный проступок. Честное слово, в своей жизни ни разу не переступила закон. Живу тихо, уважаю законы. Но страх... Простите, что говорю так непонятно. Мне самой невозможно осмыслить и вникнуть в то, что со мной происходит. Одни ощущения без названия.
И долго, очень долго у меня никого не было. И вот, как будто судьба надо мной сжалилась. Я встретила человека, который предложил мне пожить вместе. И я с радостью ухватилась за это предложение. Хотя, и тогда мне не давали покоя мои сны, не давал покоя, кто-то внутри меня. Этот человек позвал меня, не оттолкнул, и я как вьюн обвилась вокруг него, думая, что это ненадолго, поиграет и бросит. И поэтому мне надо было спешить. Это было как-то бессознательно. Опять! Мысли не могут быть бессознательны... Мысль - образ, и, следовательно, он есть или нет. Но просто, я хочу сказать, что даже, не отдавая себе словесного отчета в том, что я делаю, делала странные на первый взгляд вещи. Ну, например, я ждала определенного весеннего дня. Я готовилась к нему. И когда он пришёл, я, будто, ожила. В тот день я летала, я спешила домой, я готовилась ко сну как к мистерии, в которой буду участвовать. И вот я уснула. Легко уснула, только опустив голову на подушку, И мне снится сон.
Я иду осторожно. В голове только одна мысль, чтобы меня никто не видел. Я прохожу мимо дома с ажурной калиткой, огибаю его, поднимаюсь по тропинке вверх в горы. Чувство тревожной радости, легкого ужаса перед рискованным шагом, на который я решилась. Когда я вспоминаю, то опять все мое тело, будто сжимается, и я становлюсь похожим на ежика, прячущего свою жизнь и душу в колючем панцире. Мне страшно, но я только ускоряю шаг. Я на месте. Подошва горы, на которой растет дерево, его тройной ствол переплелся, образовав грот. Небо темное, фиолетовое, звезды яркие, и сиреневая луна как ночник освещает место отдыха, куда никому нет входа. А я иду, знаю, что нельзя, но иду. Я подхожу к гроту. Вижу внутри в середине человека, лежащего на мягкой траве - это тайный обряд очищения, воссоединения, осмысления. Я становлюсь перед ним на колени, и провожу руками над головой, потом тихонько переворачиваю на спину. Он спит. Я прикасаюсь губами к его лицу...
Так, как мне было во сне, потом никогда не было. Это была не просто близость, это была та минута полного безбрежного счастья и блаженства, которую никогда я не испытывала в реальности. Ощутить на себе руки любимого, почувствовать их силу и нежность, за это мгновение можно вытерпеть все... Но что-то меня тревожило. Поэтому последний раз поцеловала его и бросилась бежать...
Когда я проснулась дома, я все еще горела, мое тело пылало от жара и испытанного экстаза, и мне не составило труда увлечь земного мужчину. Через девять месяцев я родила дочь. Правда, все это время, я старалась спрятать свою беременность, (не понимаю почему) а когда уже прятать было невозможно, злилась, если кто-нибудь указывал мне на нее. Родила легко. Только вот почему-то все боялась, что, сейчас откроется дверь, и у меня заберут ребенка. Мой мужчина предложил выйти за него замуж, и я снова, не раздумывая, согласилась. Главное, чтобы все было как у всех, чтобы мой ребенок не отличался от других.
А потом первые три года, когда она болела, я все просила Планету
(вот что мне не понятно до сих пор, почему Планету, а не Поводыря) принять мою дочку, даровать ей жизнь. Я не спускала ее с рук, так боялась потерять. Когда ей исполнилось три года, я успокоилась, как-то сразу. Помню, в день ее рождения, я не сводила взгляда от часов, мои глаза следили за стрелками, и когда долгожданная минута настала, я вздохнула и сказала: - "Все, она будет жить".
Доченька, мое второе я, мое спасение, мой единственный друг. С тех пор, как она появилась на свет, мне легче стало жить. Я не боюсь теперь одиночества, у меня есть та, которая всегда меня поймет, поддержит, которая меня любит . Мои родители не относились ко мне с такой нежностью, с какой эта девочка. Это моя награда. Только вот за что? Я благодарю судьбу, что она подарила мне дочь.
