- Нет! Ничьи руки не должны касаться его, так просила его мать. - Я подошла к женщине, и приблизила яйцо к еле заметной щелке, открывшейся между чешуйками. Яйцо вздрогнуло и само, быстро проскользнуло внутрь. И тут же у меня на глазах чешуя, что соприкасалась с кожей, вдруг как бы срослась, образовав своеобразный ремень.
- Организм принял ребенка. Ему ничего не угрожает. Он выживет, - констатировал доктор, и вернулся на место.
- Прости меня, - обратилась я к новоиспеченной матери. - Но ты должна уйти. Тебе не надо знать, того, что я собираюсь сообщить.
- С удовольствием, - ответила она и выскользнула за дверь.
Я обернулась к Императору: - Я прошу, просканировать мне память.
- Это неприятная процедура, - растерянно проговорил он, - может быть, ты расскажешь все нам сама?
- Не смогу, я не поняла, что она говорила. Я потерплю.
За моей спиной вновь зашуршало. Вкатили кресло. Таоцль помог мне сесть в него. На голову надели какую-то шапочку. В ушах засвистело тихо-тихо. И перед моими глазами вспыхнули воспоминания, встреча со Смием, смерть Мараша, портал, Планета Хаоса, Феофан, баба Груня, Бука, Азград, Остров, женщина-накх, спасение Смия, портал... Потом воспоминания снова вернулись на женщину-накх, и еще раз... Голову пронзила сильная боль, казалось она сейчас взорвется, и откуда-то издалека голос Смия:
- Хватит. Она не выдержит.
С меня сняли шапочку. И Таоцль, положил мне в рот сладкую твердую ягодку.
- Сейчас, девочка, тебе станет легче.
Я огляделась. Накхи выглядели довольно странно. Они застыли как скульптуры. Лицо и тело женщины, что сидела слева от Императора, стало блёкло-голубым. Тогда как Император приобрёл тёмно-синий оттенок.
Я поднялась с кресла. Меня покачивало. Постояв в нерешительности какое-то время, поняла, что произошло что-то из ряда вон выходящее. Посмотрела на Смия. Его брови сошлись у переносицы, глаза нехорошо горели, но взгляд был обращен не на меня, а в пространство. Мне лучше уйти. И только около двери вспомнила про браслет. Вернулась, сняла с руки и протянула его Императору:
- Она просила отдать...
И в это же мгновение я почувствовала, как что-то обвилось вокруг меня и стало сдавливать с такой силой, что я закричала от боли. Но неожиданно хватка ослабла, и я упала на пол. Оглянулась. Блёкло-голубая красавица хрипела, а золотой хвост Смия обвился вокруг ее шеи. Она, вцепившись пальцами в удавку, пыталась ее оттянуть, а ее хвост бился около моих ног. Остальные не шевелились. Ко мне приблизился Таоцль, помог подняться:
- Подожди, пожалуйста, за дверью. Тебя позовут, - хриплым шёпотом сказал он.
Я вышла. Новоиспеченная мать не ушла, а замерла неподалёку от двери, все также прямо держа спину, ожидая, как я поняла, меня. Подошла к ней.
- Прежде чем уйти, я хотела повидать тебя, и спросить, кто та женщина, что отдала тебе малыша? - тихо проговорила она.
- Не знаю, - призналась я, - она не назвала своего имени. А можно спросить? Почему ты его взяла?
- Не хочу больше быть при Императоре, - по ее губам скользила улыбка, - а так, меня отправят подальше, в самый дальний уголок Империи. Но они ошибаются, я сумею вырастить из него настоящего мужчину. Не думаю, чтобы тёмная энергия коснулась его. Ты сказала, что кроме матери и тебя никто не трогал маленького. А ты - светлая. Ты не помнишь, какой был на ней пояс, какие камни?
- На ней не было пояса. Но... она была... она была... похожа на тебя...
Улыбка медленно сползала с лица женщины, рука машинально легла на живот. И она замерла так же, как накхи, которые остались в той комнате. Ее взгляд был устрёмлен на дверь.
И вдруг, будто подчиняясь какому-то призыву, вокруг нас стали собираться накхи. Их было столько много, что у меня сжалось сердце. Они были повсюду. Даже за стеклом я видела как весь склон, ведущий к дому, где мы находились, заполнился ими. Они шелестели, как лес под сильным ветром. Тихий шум заполнил все пространство. Но вот толпа дрогнула и расступилась. Показались четыре накха, на них были чёрные пояса, украшенные ослепительными белыми камнями. Они прошествовали мимо нас и остановились около двери. Та отъехала в сторону, и в ее проеме появилась бледно-голубая женщина, и мужчина, с опущенными головами. Вновь прибывшие накхи встали по обе стороны этой странной пары, и повели их обратно, той дорогой, которой пришли сами. Толпа колебалась и шелестела, удивленные лица, взмахи рук, качание головами, напомнило мне неспокойную гладь океана, потревоженную шквалистым ветром.
- Дайри, подойди, пожалуйста, - услышала голос Смия.
Вошла в зал. Все оставались в тех же застывших позах. Подошла к нему:
- Будь добра, подними браслет и отдай его Шуаше, - попросил он.
- А кто это? - спросила я.
- Женщина, которая приняла малыша, - ответил он.
