— Есть одно место, о котором я знаю… — она отводит взгляд и барабанит пальцами по столу.
Неожиданная искра облегчения пронзает меня, и я осторожно спускаюсь на несколько ступенек. Работа. Что-нибудь стабильное. Безопасное. И подальше от моей комнаты. Подальше от воображаемого присутствия.
— Да?
— Это не совсем
— Хорошо…
— И это может быть совершенно не для тебя, так что…
— Клэр.
— Верно. Это должность сиделки для пожилого джентльмена.
Я практически вприпрыжку преодолеваю оставшиеся ступеньки, чтобы вернуться к стойке регистрации.
— Это определенно мое. Мне за это не платили, но в течение многих лет я заботилась о своей… — я сглатываю, не желая вызывать дальнейшие вопросы упоминанием бабушки вслух. — …о ком-то пожилом.
— Отлично.
Клэр улыбается, но она не выглядит полностью убежденной.
— Просто… их бы заинтересовал не столько твой опыт, сколько твоя, гм, способность справляться с трудными людьми…?
Мои губы кривятся в хмурой гримасе.
— Мистер Блэквуд, так зовут джентльмена, — продолжает она, — он не очень любит посетителей, поэтому он не самый приветливый. Что ему действительно нравится, так это его выпивка, если ты понимаешь, что я имею в виду. Никто не продержался дольше нескольких недель, и даже это рекорд, потому что в наши дни, кажется, никто не терпит с самого начала. Следовательно, место свободно каждый месяц.
Я поднимаю бровь.
— Просто алкоголик?
Звучит так, будто эта работа была создана для меня. Клэр открывает рот, но я продолжаю:
— У тебя есть информация об этом мужчине? Номер?
— О, тебе это не понадобится. Он никогда не отвечает на звонки, так что лучшее, что можно сделать, это просто зайти к нему.
Может, я и новичок в городе, но появляться на пороге дома асоциального алкоголика не кажется мне самой блестящей идеей. Если Клэр и заметила мою нерешительность, она не подала виду. В ту же секунду, как она возобновила разговор, даже полуприглушенный грохот входной двери не смог ее остановить.
— Дом находится по адресу 3341 Миллер-Вей, но тебе даже не нужно об этом помнить, поверь мне. Ты не сможешь пропустить его. Просто поверни налево от двери, затем поверни направо на Мейн-стрит и продолжай идти, даже когда дома исчезнут из виду. Это единственный дом на холме. Ты действительно не сможешь пропустить его. Хочешь, я подвезу тебя, когда закончу здесь?
Соблазнительно. Я ненавижу ходить пешком, а Клэр была со мной исключительно мила. Но она также игривая и болтливая, и то, что я застряну с ней в машине, когда я в таком настроении, только расстроит ее и задушит меня.
— Все в порядке, спасибо. Я пройдусь.
Она пытается скрыть это, но ее лицо слегка вытягивается.
— Хорошо. Что ж, дай мне знать, если передумаешь.
— Я ценю это.
Я улыбаюсь и поворачиваюсь обратно к лестнице, игнорируя дрожь, зарождающуюся в моем животе, пока я пробиваюсь на верхний этаж.
Я захожу в свою комнату, запирая за собой дверь. Моя спина приклеена к двери, пока я внимательно осматриваю пространство. Выглядит пустым. Чувствую пустоту. Чувство отличное от того, когда я выбегала отсюда ранее. Когда он был здесь, в моей ванной, его пальцы нежно скользили по моей коже…
Мое тело согревается при воспоминании, и я иду в ванную. Здесь так же пусто, как и в спальне, в воздухе витает легкость, и я с удивлением слышу свой разочарованный вздох. Я не должна быть разочарована этим. Нормальные люди почувствовали бы облегчение, узнав, что их психическое здоровье все еще можно спасти, верно?
Отбросив пока эти мысли в сторону, я сбрасываю одежду и залезаю в ванну. Я не тороплюсь бриться и наношу пилинг, мыло наполняет ванную мягким ароматом ванили. Все еще ничто не указывает на его возвращение, когда я вытираюсь полотенцем и одеваюсь, и я пока не в настроении иметь дело с разъяренным алкоголиком. В итоге я провожу остаток дня, завернувшись в одеяло, смотря повторы телепередач и поедая целую коробку пиццы, пока, в конце концов, не закрываю глаза и не засыпаю.