Прикосновение смерти полностью

Я НЕ МОГУ БОЛЬШЕ ДЕРЖАТЬСЯ.

СПАСИ МЕНЯ.

Нет, я не буду игнорировать их. Я сделала свой выбор. В какой-то момент на предстоящей неделе я поговорю о них с мистером Блэквудом. Довольная своим решением, я вылезаю из воды и вытираюсь полотенцем, вытираюсь, прежде чем надеть удобные шорты и топ оверсайз. Я достаю свой новый черный телефон из сумки для покупок и просматриваю приложения.

Действительно, мне следует переслать ответ по электронной почте своему риэлтору. Я получил от него два уведомления, в обеих строках темы написано Заинтересованный покупатель! Но эти два слова не радуют меня так, как я ожидала. Что им удается сделать, так это заткнуть мне горло и сжать грудь. Поэтому вместо этого я с радостью игнорирую электронные письма и загружаю музыкальное приложение.

Прошло слишком много времени с тех пор, как я зажигала под музыку, и от предвкушения мне уже становится легче. Я включаю воспроизведение, улыбаясь, когда из динамиков гремит Shape of You Эда Ширана.

Закрыв глаза, я позволяю ритму проходить сквозь меня. Боже, я скучала по тебе, музыка. Моя голова наклоняется вперед, затем из стороны в сторону, пока я медленно впитываю это. Я вдыхаю, чувствуя, как мои мышцы расслабляются, реагируя на затишье, и начинаю плавно покачивать бедрами. Из стороны в сторону, как моя голова, а затем и мои ноги тоже это чувствуют.

Я потерялась в мелодии, поглощенная гипнотическим заклинанием, которое может вызвать только магия музыки, изгибы моего тела движутся без мысли. Бедра покачиваются вправо, влево, вправо, влево, голова откидывается назад, так что волосы рассыпаются по спине. Мое тело становится теплее, когда я двигаюсь, огонь разгорается по моим венам. Мои зубы прикусывают нижнюю губу, и я думаю, что мои руки в волосах, когда я слышу низкий, хриплый звук прочищаемого горла.

Я подпрыгиваю, прижимая руку к груди, пока мои теперь широко раскрытые глаза не останавливаются на нем, и я расслабляюсь.

— Черт, — выдавливаю я, задыхаясь.

Честно говоря, я не знаю, что выбило из меня дух больше — танцы или то, как он смотрит на меня прямо сейчас.

Он прислоняется к моему комоду, его левое предплечье покоится на крышке, а голова слегка наклонена, густые ресницы отбрасывают тень на зеленые крапинки, когда он наблюдает за мной. Его губы, однако, заставляют мой пульс ускориться. Они лениво приподняты в одном уголке, ровно настолько, чтобы показать ту единственную ямочку, которую он позволил мне заметить прошлой ночью. Это простой взгляд, но, видя его на нем и зная, что он направлен на меня, он напоминает мне о последних словах, которые он сказал мне. Иногда… Я не хочу уходить. Мой желудок переворачивается, совершая полное сальто.

— Привет, — говорит он, его голос одновременно нежный и гипнотизирующий.

Я улыбаюсь, уже втянутая в это дело и не в силах отвести взгляд.

— Привет.

Глава 25

Я осознаю спустя секунду я все еще застыла на месте, поэтому подхожу к своему телефону и уменьшаю громкость, пока он не переходит в фоновый режим. Я поворачиваюсь к нему.

— Я тебя не услышала.

На лице у него все еще тот намек на кривую улыбку.

— Решил дать твоей мебели передышку.

Я приподнимаю бровь, мое сердце пропускает удар, когда я воспринимаю его слова.

— Ты только что пошутил?

Его лицо на мгновение застывает, глаза отводятся, как будто что-то фиксируя, прежде чем снова останавливаются на мне.

— Думаю, что да.

Я чувствую, что улыбаюсь, делаю шаг к нему.

— Мне это нравится.

На этот раз его бровь взлетает вверх.

— Да? У меня есть еще в запасе. — Выражение его лица снова становится задумчивым, глаза сужаются. — Твоя тумбочка слишком сильно подействовала на меня прошлой ночью. Думаю, мне придется все прекратить.

Я издаю смешок, дрожь пробегает по мне, когда я пытаюсь впитать эту его новую сторону.

— Нам придется немного поработать над этим.

Его улыбка становится шире ровно настолько, чтобы дать мне понять, что он доволен моей реакцией, и это сжимает мое сердце. Я склоняю голову набок, прищурившись, когда рассматриваю его поближе. Откуда он вообще знает, что значит подойти к кому-то? Чтобы все порвать?

— Ты сегодня какой-то другой. — Мой голос тихий, я все еще погружена в свои мысли.

Это то же самое, что я заметила, когда он появился прошлой ночью, отчетливую перемену в его поведении. Я все еще вижу это сейчас, в том, как расслабленны его широкие плечи, в выразительности этих ярких глаз, в почти непринужденном языке тела. Что бы это ни было, вчера это было более тонким; очевидным только для того, кто смотрит достаточно внимательно, какой была я. Но теперь это каким-то образом усилилось в десять раз, и я не знаю, что с этим делать.

Он плавно отталкивается бедром от комода, затем переводит взгляд на незажженный камин. Покусывая нижнюю губу, он проводит рукой по своим взъерошенным волосам.

— Я чувствую себя по-другому.

— Как тебе это? — Я устраиваюсь в кресле-качалке, поджимая одну ногу под себя.