– Прекрати мне без конца об этом напоминать, – процедил Гермес сквозь стиснутые зубы и выхватил у нее из рук ежедневник.
Около минуты он изучал страницу, а потом произнес:
– Это адрес клуба «Афродизия».
– Он… принадлежит Афродите?
– Нет, его владелец – смертный, – ответил бог. – Он называет себя Мастером.
Сивилла с Левкой захихикали.
– И что это за клуб? – спросила Персефона, хотя уже и сама догадывалась.
– Это секс-клуб, – подтвердил он. – Эм, не то чтобы я там бывал…
Персефона приподняла бровь.
– Ты хочешь сказать, что у Елены назначена встреча в секс-клубе? – переспросила Левка.
– Может, ей нравятся кинки-пати, – пожал плечами Гермес. – Кто мы такие, чтобы осуждать чьи-то сексуальные предпочтения?
Персефона нахмурилась:
– Думаю, нам надо это выяснить.
Гермес рассмеялся:
– Ты думаешь, Аид позволит тебе пойти в секс-клуб?
– Я заставлю его пойти со мной.
– А я-то думал, вы предпочитаете заниматься сексом наедине.
Персефона испепелила его взглядом:
– Если ты не собираешься помогать, можешь идти на ланч один.
– Я просто говорю, что Аид убьет всю энергетику. Если мы собираемся пойти туда, ему рядом с нами не место.
– Тогда скажи ему сам, – ответила Персефона. – Я не пойду, не предупредив его.
– Ну уж нет. Он заставит меня принести клятву, что я защищу тебя даже ценой своей жизни.
– А ты разве не защитишь? – спросила она.
Гермес открыл рот, чтобы ответить, но сделал паузу. Его взгляд смягчился:
– Конечно, я тебя защищу.
– Мы можем сходить, – предложила Левка. – Мы с Сивиллой.
– Нет, – отрезала Персефона. – Не вдвоем и не без меня.
Этот вопрос казался ей личным – не только потому, что речь шла о Елене, девушке, которую она считала своей подругой и подчиненной. Но и потому, что она боялась за подруг – они тоже могли стать целями. Если встреча касалась будущего Триады и их планов, ей просто необходимо было на нее попасть.
Она подняла взгляд на Гермеса:
– Будь готов произнести эту клятву, Гермес, и защищать меня ценой своей жизни.
Аид крайне неохотно согласился отпустить Персефону в клуб «Афродизия», но, как и предсказывал Гермес, заставил того принести клятву, что он ее защитит.
– Что это вообще значит? – спросила она, когда он вернулся, чтобы сообщить – согласие Аида получено.
– Не беспокойся об этом, Сефи. Предоставь это мне, – ответил он. – И надень что-нибудь сексуальное!
Персефона покачала головой и попыталась не рассмеяться, когда бог спешно покинул ее.
После работы она вернулась в подземное царство. Прежде чем отправиться на ночное расследование, богиня перенеслась в Элизий. Она уже довольно давно не виделась с Лексой и обнаружила, что после происшествия с Еленой больше всего на свете ей хотелось встретиться с лучшей подругой.
Она прошлась по золотым полям, над которыми возвышались отдельные роскошные деревья с мощными корнями, уходившими глубоко под землю. Кое-где виднелись маки, прячущиеся в траве. Однажды, еще до того, как Танатос позволил Персефоне подойти к Лексе, она спросила бога смерти об этих разбросанных по полю маках.
– Это места упокоения в вечности, – ответил он.
– Ты имеешь в виду…
– Когда душа больше не желает существовать ни в верхнем мире, ни в подземном царстве, они пробиваются из-под земли.
Он продолжил объяснять, что энергия душ часто была подобна магии.
– Из нее произрастают маки и гранаты.
У Персефоны было много вопросов. Когда душа решает, что больше не хочет существовать? Конечно же, спросив об этом, она думала о Лексе, но ответ Танатоса оказался для нее неожиданностью.
– Иногда у них просто нет выбора. Иногда они попадают к нам настолько сломленными, что продолжение существования для них – настоящая пытка.
Именно тогда Персефона поняла, как ей повезло с Лексой. По крайней мере, той всего лишь пришлось испить из Леты. Очевидно, были судьбы и намного хуже.
Поднявшись на один из множества холмов, Персефона остановилась, выискивая взглядом знакомые темные кудри Адониса, но так и не увидела их. Возможно, она бы и не узнала его здесь. Даже Лекса, такая знакомая, выглядела иначе, к тому же с момента ее последней встречи с наделенным благом смертным прошло несколько месяцев. И даже если бы она его увидела, вряд ли бы подошла. Предназначением Элизия было исцеление. К душам здесь не пускали гостей, они не общались даже друг с другом.
Лекса стала исключением, и Персефона подозревала, что этому как-то посодействовал Аид, хоть она никогда не спрашивала.
Она постояла еще немного, окидывая взглядом поля, прежде чем пойти искать Лексу.
Персефона наслаждалась умиротворением, царившим в этой части подземного царства. Здесь было легко забыть об угрозах ее матери, Триаде и внезапной перемене в поведении Елены. Окружающий пейзаж как будто отодвигал от нее эти мысли, и ей было сложно до них дотянуться. Поэтому у богини всегда было чувство, что если она задержится тут чуточку дольше, то забудет уйти.
