Приливы Темного кристалла полностью

– Не спеши, Найя. Он прав. Без песчаного скифа нам туда не добраться. Пески пустыни движутся так же часто, как и океанская вода. Это огромная территория, опасная и полная безжалостных существ. Даже если мы найдем способ выжить в пустыне, нужно помнить, что дусаны – кочевники. Выследить их без проводника практически невозможно.

Амри посмотрел на Когтистые горы к югу от песчаного берега Сера-На. Он, конечно же, никогда не видел Море Кристалла, но видел карты и чертежи. По другую сторону Когтистых гор раскинулась необъятная пустыня с золотистым и белым песком. Пустыня простиралась на юго-восток и упиралась песчаными волнами в границу Темного леса. Между Когтистыми горами и Темным лесом находился мир света и переменчивого рельефа. По пустыне скитались пустынные существа. Где-то в этих местах обжились гельфлинги дусаны, осуществлявшие навигацию в условиях постоянных штормов.

– Я думаю, что Тавра права, – сказал Амри.

Руки Перисса опустились на талию, а вместо покорного вида на его лице появилась напыщенная улыбка. Он поправил свою накидку и отряхнул грязь и листья, налипшие на его куртку, когда его повалил Амри.

– Ну что, договорились?

Амри еще никогда не видел, чтобы Найя настолько неохотно убирала свой клинок.

– Показывай свое песчаное судно, – буркнула она.

К югу от залива через обрамляющий песчаный берег кустарник шел каменистый проход к Когтистым горам. Песчаная река разрезала ущелье, словно медленно движущийся нож; там в ожидании стояло низкое судно размером с корабль Оники, сделанное из скелета какого-то плоского и широкого зверя. По прибытии Перисс изобразил широкий жест.

– Обещаю, моя цена будет справедливой, – сказал он.

– Мы платить не будем, – возразила Найя. – Твоей наградой за помощь нам будет знание о том, что ты участвуешь в спасении расы гельфлингов.

– Боюсь, добрыми чувствами мое сердце не успокоится, как успокоилось бы, будь мои карманы полны драгоценностей. Покажите, что у вас есть, и я скажу, хватит ли вам оплатить проезд.

Амри захотелось опять завалить дусана, забрать у него песчаный скиф и уехать без него. Так делать нельзя, и он не знал, как управлять этой штуковиной, но поведение вора так сильно раздражало, что мера казалась оправданной. И он не хотел ничего отдавать, особенно для того, чтобы набить карман вора.

Но это был их единственный шанс найти дусанов.

– И? – спросил Перисс. – Вы хотите поехать или нет? Если отправимся сегодня, то к завтрашнему утру сможем найти дусанов и зажечь ваш костер. Неужели это того не стоит?

Амри нахмурился. У него тоже была поясная сумка, но в ней были специи и земля, веточки, ягоды и коренья, которые он собирал по пути на север. Но для падкого на все блестящее дусана богатства Амри были не более ценны, чем помет холлербата.

Найя сжала рукоять своего клинка: в рукоять был инкрустирован камень, а сам клинок был специально для ее брата изготовлен из материала скексисов в Замке Кристалла. Перисс посмотрел на ее руку, а потом перевел взгляд на Кайлана. Спритон инстинктивно положил руку на свою самую большую ценность – висящую на шее фирку.

– Возьму клинок и ту фирку, – объявил Перисс. – А ты, видящая-далеко, в пути погадаешь мне на костях. Вот мои условия, и я буду в вашем распоряжении столько дней, сколько потребуется для поиска модры Ситхи и моего клана.

Найя нервно сглотнула. Амри хотел сказать, чтобы она этого не делала и что они найдут другой способ, но он не знал, есть ли такой другой способ. В Сера-На они попали только благодаря Онике. Без ее помощи они вряд ли смогли бы добраться туда и наверняка прибыли бы слишком поздно и наблюдали из залива уплывающие за горизонт корабли в сопровождении корабля-монстра скекСа.

Что, если у дусанов похожая ситуация?

Стиснув зубы, Найя кивнула Кайлану. Он опустил взгляд, но понимал ситуацию. Вместе они передали дусану кинжал и фирку. Перисс запихнул их в дорожную сумку и потянул за снасти. Опустились паруса из белой кожи, скиф дернулся вперед, удерживаемый лишь воткнутыми в песок кольями.

Дусан широко улыбнулся и взмахнул руками.

– Поздравляю, друзья! Вы только что приобрели себе билет в пустыню мертвых в один конец.

Плыть по песчаной реке оказалось жестче, чем по океану. Скиф состоял всего лишь из овального тела с парой плавательных пузырей по бокам, сбалансированных сетчатыми плавниками размером с крылья гельфлинга. Жесткие части корабля были из костей, легких и пустых внутри, а на них жильными нитками были закреплены кожа и плетеная ткань. Рядом со скифом, разрезающим верхние слои песчаной реки, наперегонки сновали черные песчаные змеи; всех их несло течением и подгоняло сильным ветром, завывающим по всему дну ущелья.

И тем не менее Амри больше нравился скиф, чем морские корабли. Хоть пески и были переменчивы, все же они были земными. В них были камни, почва и кристаллы, и Амри мог расслышать их шепот, словно миллион голосов, говорящих в унисон, резонировали с глубоким звучанием красных утесов.

Перисс в одиночку управлял кораблем, покуда остальные просто сидели, держась за подвязанные к палубе веревочные петли.