Ночь была тихой, светлой, из окна спальни виднелась луна, повисшая ярким желтым фонарем в безоблачном небе. Смотря на нее, она думала о многом: о прошлом, в котором видела только испытания, о будущем, в которое вкладывала все свои силы и о настоящем. Настоящее – тут предстояло поработать над собой прежде всего. Отношения для нее были невозможны. Первая любовь, физическая близость были очень искренними и значимыми для нее. Она полюбила мужчину, который так и не открылся ей. Он дарил подарки, ухаживал, давал мнимое ощущение заботы, интересовался ее проблемами и никогда не впускал в свою жизнь. Он расстался с ней без сожалений, написав длинное сообщение о том, какая она хорошая, а он плохой, поставив перед фактом расставания. Что-то умерло в мозгу в тот день, ушло безвозвратно, все мужчины вдруг стали просто людьми. Не важно насколько они были красивы, успешны, обходительны, они не вызывали у нее интерес как противоположный пол. Кроме того, даже обычные объятия или поцелуи, которые являлись неотъемлемой частью отношений для мужчины и женщины, вдруг стали невозможны. Сейчас ей было страшно, потому что она не знала, справится ли с задачей. Глеб дал ей понять, что отношения с ней его не интересуют, но вопрос был не только в этом. Она хотела вернуть свои чувства, вылечить свой «паралич», сделать хоть один шаг к нормальной жизни. Если она потерпит неудачу, если ничего не изменится в ней – скорее всего, часть эмоций, часть ее самой, утеряна навсегда. Лида решила, что в этом случае она будет двигаться только в направлении развития карьеры.
Тревожные мысли перетекли в беспокойный сон, который с восходом солнца ушел вместе с утренним туманом.
Утром Лида надела леггинсы, рубашку, волосы забрала в хвост под бейсболку. Сначала она зашла к бабушке Рае, забрала литровую банку молока, вернулась домой, чтобы оставить молоко в холодильнике. Посмотрев на себя в зеркало, она медленно выдохнула.
– Ты ничего не теряешь! Смелее!
Дорога через село немного успокоила ее. Она прошла мимо того места, где вчера произошел взрыв. На месте происшествия даже стекол не осталось, только большое черное пятно.
Хозяйка сгоревшего магазина не растерялась, приспособив для торговли УАЗ «буханку». Машина стояла в центре села, рядом уже судачили местные жители. Все постепенно возвращалось на круги своя.
– Заходите к нам! – крикнула женщина, завидев Лиду. – Мы будем работать теперь с десяти до двух. Привезем все, что закажите.
– Буду иметь в виду! Спасибо!
Наконец Лида подошла к калитке у дома Глеба. Дверь в дом и окна были настежь открыты. Мужчина сидел за столом на кухне, перед ним были ноутбук и чашка, он сосредоточился на работе.
– Доброе утро! – крикнула Лида, не решаясь войти во двор.
Глеб посмотрел в ее сторону, нахмурился. Лида ждала, и ему все же пришлось отвлечься, выйти на крыльцо.
– Ты зачем пришла?
– Помогать тебе буду!
Глеб нахмурился.
– Это еще зачем, я разве просил?
– Не просил, а я всё равно пришла. Я вроде бы как вчера тут набедокурила, вот теперь хочу помочь тебе в работе.
Глеб хмыкнул.
– Н-да, я тебе понравился что ли?
– Немного, ты мне симпатичен, у тебя есть шанс мне понравиться, – ответила честно Лида.
Глеб захохотал, такого ответа он не ожидал. Его смех был мягким бархатистым.
– Ну, если так, то проходи.
Мужчина скрестил руки на груди, наблюдая, как Лида открыла калитку и осторожно пошла между рядов картофеля. «В принципе я ничего не теряю. Она прополет мне участок, поймет, что заблуждалась на мой счет, через неделю от нее и след простынет», – думал Глеб, слегка улыбаясь.
Девушка остановилась перед ним и спросила:
– Что мне делать?
– Что делать? – поразмыслил Глеб. – Иди в сарай за домом, возьми там грабли, плуг, лопатку узкую и ведро. Траву между забором и картофельным полем срежь плугом, сгреби ее в кучу. Картошку надо прополоть. Сорняки с поля собери в ведро и выброси в яму.
Девушка слушала Глеба с серьезным настроем, в конце его инструктажа она кивнула в знак того, что ей все понятно.
Лида нашла все необходимые инструменты. Начать она решила с прополки сорняков, поэтому грабли и плуг остались на тропе между рядов. Она взяла маленькая лопаточку, ведро и пошла к правому углу участка. Глеба на крыльце уже не было. Он сидел за столом в комнате и не спеша разбирал травы, склонив над мешком кудрявую голову.
Работа на участке шла медленно, сорняков было достаточно. Одуванчики были не самыми противными в строю сорняков. Через два часа прополки Лида поняла, что ее заклятый враг – это вьюны. Распластавшись по земле, они тянулись к картофельным кустам и обвивали их своими тонкими цепкими стеблями.
Вскоре у нее начало ломить суставы, и она стала все чаще менять положение, темп ее работы замедлился. Хозяин вышел из дома только после четырех. Он оценивающе посмотрел на поле, подошел к Лиде.
– Ну, как успехи? – спросил он, смотря на спину девушки сверху.
– Нормально, потихоньку работаю.
– Не устала еще?
– Нет, – коротко ответила Лида, вытаскивая очередной корень одуванчика.
– А если по-честному?
Лида встала, немного размяла колени, по очереди сгибая и разгибая их.
