– Значит, ты в деревне живешь?
– Нет, я в городе живу, учусь в университете на химика. А ты чем занимаешься?
– Учусь в МАИ по направлению радиоэлектроники, летом на подработке. Мои увлечения совпадают с профессиональной деятельностью.
Соня отклонила шторку.
– Здорово. А мне всегда было сложно заняться чем-то одним. Я очень люблю рисовать, и мне нравится экспериментировать, поэтому я учусь на химика. Еще мне приятно заниматься цветами. В конце концов, мое время распределяется на все эти увлечения, и мне трудно на чем-либо сосредоточиться.
– Трудно быть богом и везде поспевать, – согласилась Алена. – Расскажи мне об этом деле.
– А это можно делать?
– Нет, конечно. Братик – сухарь, ничего мне не рассказывает о своей работе. Ему интереснее про мои дела слушать. Мне даже кажется, что у меня сформировалась вредная привычка – обо всем ему трепаться, начиная с цвета юбки, которую я купила на распродаже, заканчивая трансформаторами, схемами, источниками питания. Сейчас другое дело, вся наша семья под наблюдением. Вокруг дома видеокамер навешали. Кого ловят?
– Змея ловят.
– Змея?
И Соня рассказала Алене все, что знает. Алена хоть и не работала в следствии, но всю информацию постаралась систематизировать. «Все-таки они с братом похожи», – подумала девушка, и опять перед ее внутренним взором появился Змей.
Софья шла на поправку. Ей было очень даже нескучно. Алена теперь жила у брата, и для этого существовала веская причина – теперь вся семья Валеры была под наблюдением. С родителями было проще. Ольга давно вышла на пенсию, Павел работал на дому. Алена была единственной, кто требовал активного наблюдения, а ездить с ней на электричке каждый день было сложно. Суета, многолюдье вокзала и поезда могли привести к осечке.
Каждое утро Валера увозил Алену на работу. Соня в это время еще спала. Однако в тот момент, когда Валера поворачивал ключ в замочной скважине, возвращаясь со своего утреннего задания, она вскакивала с кровати и бежала босиком к нему. Валерий приподнимал ее над полом, счастливую, улыбающуюся, так, чтобы их лица были на одном уровне. Он целовал ее мягко, нежно, потом Соня осторожно спускалась вниз и шла переодеваться. Валерию нравилось это наивное проявление любви. Даже в этом Софья отличалась утонченной чувственностью и женственностью. Она никогда не садилась к нему на колени, не закидывала ноги ему на талию, когда он приподнимал ее вверх, не сжимала в удушающих объятьях. При этом она была умопомрачительно соблазнительна, что-то неуловимое и утонченное было в каждом ее жесте, голосе, взгляде.
Ему нравилось то, что она не выставляла их отношения на показ, даже перед родными, не стремилась его соблазнить, когда они были одни. Она спокойно общалась с ним на равных, вела себя естественно. И все же влюбленность в двадцать один и тридцать три отличается как небо от земли. Для Сони это были первые подобные чувства, они будоражили ее, она смотрела на него сияющими от счастья глазами, была полна энергии. Эти чувства были знакомы Валере, эта любовь такова, что хочется выйти на улицу и крикнуть на весь мир: «Я люблю тебя!». Он же был немного на другом уровне. С одной стороны заняться сексом с подходящей партнершей для него не было проблемой, он совершенно нормально чувствовал себя в постели вообще без каких-либо отношений. И с другой стороны, впустить кого-то в свою жизнь было уже сложно. Соня появилась внезапно, она сразу вызвала в нем сильные, забытые чувства. Он захотел узнать ее, увидеть всю, со всеми привычками, нюансами поведения, характером, чтобы, наконец, с полной уверенностью признаться в своих чувствах. Он с нежность относился к девушке, берег ее от своего нажитого годами цинизма, давал ей время перейти от чувства влюбленности к любви и не спешил с проявлением страсти. Им обоим нужно было время для того, чтобы встать на одну ступеньку в этих отношениях.
После того как Соня утром переодевалась, они не спеша завтракали, пили кофе, разговаривая обо всем на свете. Потом каждого ждала своя работа. Софья просматривала записи из аэропортов Москвы, Санкт-Петербурга, она должна была найти Змея. К тому же ей вручили список разыскиваемых преступников, так, на всякий случай. Они действительно иногда ей попадались, один вообще работал на погрузке багажа.
За два часа до прихода Алены Соня начинала готовить. Валера уезжал за сестрой, по пути они заходили в продуктовый магазин. Ужинали они всегда втроем, иногда к ним присоединялся Павел. Соня сначала побаивалась его, он был большим высоким, как Валера, имел тяжелый взгляд. Да к тому же мысль о том, что она оттаскала его за нос, не добавляла оптимизма. Павел сразу заметил, что девушка скованна при нем, она не пряталась от него, но всегда была молчалива.
– Сонь, ты меня боишься, что ли? – спросил он как-то.
Софья отрицательно покачала головой.
– Стесняешься, значит?
– Нет.
– Что же тогда?
– Простите, у вас нос не болит?
После этого вопроса мужчина хохотал взахлеб.
– Не болит, вот ведь, запомнила!
