– Милорд? – позвал он командира. Визерис Таргариен выглядел так, словно увидел в огне призрак, но через несколько секунд собрался.
– Ничего, – прошептал он, качая головой. – Это ничего.
Но даже Уилл видел, что что бы это ни было, и как бы юнец не пытался это скрыть, стереть это из его памяти будет невозможно. И к несчастью, сколько бы расстояния не оставляли они между собой и скалой, как быстро не приближались бы к Черному Замку, невозможно было забыть, что тьма едва не поглотила их, как старого Гареда.
Его мать однажды сказала, что мир обретет конец в огне. Зеленым мальчишкой он широко раскрыв глаза слушал ее сказки о чудовищных созданиях, летавших в небе и сжигавших поля своим огнем. Он был убежден, что когда миру придет конец, то конец этот придет в драконьем дыхании и жаре, жаре столь нестерпимом, что он предпочел бы ему смерть. Теперь же, человеком Ночного Дозора, он уверился, что она ошиблась. Мир закончится не в огне. Их мир закончится во льду… И теперь, он знал, конец был близко.
