Его извинения прозвучали достаточно искренне, но разбираться еще и с этим мне совершенно не хотелось. Они явно что-то не договаривали, но, как бы ни желала получить ответы, я знала, что он не собирался мне ничего рассказывать, пока мы не покинем Имбермор. Я так устала от недомолвок и полуобъяснений, что просто кивнула.
– Конечно, – ответила я, снова отворачиваясь. – Извинения приняты.
– Прошу, не уходите, – сказал он, и в его голосе прозвучало столько тоски, что я, сама того не желая, остановилась.
Я медленно повернулась и во второй раз осмотрела его. Теперь, когда он стоял так близко, я видела, что он не просто физически устал, но и эмоционально истощен, – возможно, лежащая на плечах ответственность тяготила его. Или он устал от флера таинственности, который, казалось, окружал все, что было связано с принцем.
– Позавтракаете со мной? – Он жестом указал на стол и выдвинул стул.
Я села и уже хотела наложить себе на тарелку еду, но Калилл перехватил у меня щипцы. Я спрятала руку под стол, потирая пальцы, которых он случайно коснулся.
– Позвольте мне. – Он взял мою тарелку и обошел вокруг стола, накладывая на нее разные яства: яйцо на серебряной подставке, жареное мясо, свежие фрукты, выпечку – больше, чем я могла съесть на завтрак. Закончив, он поставил тарелку передо мной.
Подумать только, принц обслуживает Даниэллу Сандер. Как нелепо.
Калилл взял чашку, наполнил ее, поставил на маленькое блюдце и протянул мне.
– И сюрприз, – добавил он, а затем положил себе точно такую же порцию, как и мне, и устроился напротив меня.
Я уставилась на темный напиток.
– Это… кофе?
– Да. – Он налил себе чашку. – То немногое, что мне нравится в вашем королевстве.
Если он хотел привлечь мое внимание, то у него получилось.
– Я прожил там какое-то время, налаживая дипломатические связи с людьми, – добавил он, заметив мое удивление. – И мне многое пришлось по душе, несмотря на то, что у вас все по-другому. Надеюсь, в будущем вы сможете сказать то же самое и об Эльфхейме.
Задумавшись над его словами, я издала невнятный горловой звук.
– Пока что мне нравится вино… и Маргаритка.
Он улыбнулся, надо сказать, довольно искренней улыбкой, хотя она ничуть не скрывала грусть в его голосе.
– Вы в порядке? – не выдержав, спросила я.
– Да. Спасибо, что спросили.
– Вы лжете. – Слова сорвались с моих губ прежде, чем я успела их сдержать.
Он встретился со мной взглядом. Я ожидала, что он станет отрицать это, но он, казалось, просто смирился.
– Что с вами происходит, Калилл? – Я впервые назвала его по имени, и, судя по приподнятой брови, он это заметил.
– Очень и очень многое, – коротко ответил он.
– Вы… вы больны? – Я никак не могла отделаться от ощущения, что его поведение было ему неподвластно. Как глупо. Возможно, он просто был темпераментным засранцем, которому все сходило с рук и который мог позволить себе плохо обращаться с другими, когда у него портилось настроение.
– Болен? – переспросил он, почему-то приподняв брови. – Нет, я не болен. Но хватит обо мне. – Он махнул рукой. – Лучше расскажите о себе. – Его поведение изменилось мгновение ока, и от задумчивости не осталось и следа. Сейчас он как ни в чем не бывало вел светскую беседу.
Я удивленно уставилась на него, понимая, что все это – лишь маска.
– Со мной это не сработает, – сказала я.
Он сделал глоток кофе.
– Что вы имеете в виду?
– У вас не получится меня заболтать. Я не люблю пустые разговоры.
– Понимаю. – Он поднял одну из идеальных бровей. – Остальные скоро начнут спускаться на завтрак. Почему бы нам не закончить трапезу и не сходить потом прогуляться? Настоятельно рекомендую посетить местные сады.
Я кивнула, чувствуя странную нервозность. После его предложения мне едва ли удалось доесть пирожное, хотя я без труда выпила две чашки кофе.
Прежде чем в столовой появился кто-то еще, Калилл вывел меня в коридор, который проходил прямо через большую кухню. Когда мы проходили мимо, персонал бросал все свои дела и низко кланялись принцу Благого двора. Я мельком увидела огромное количество еды разной степени готовности и множество разных фейри, которых прежде никогда не видела. Здесь трудились фейри с крыльями, рогами, хвостами, копытами, чешуей и кожей всех оттенков радуги. Я бы с удовольствием остановилась и пообщалась с ними, но принц так быстро вел меня вперед, что я успевала лишь кивать и улыбаться.
Когда мы прошли под каменной аркой и наконец-то попали в сады, я позабыла обо всем на свете, завороженная окружающим меня великолепием.
– Я же говорил, что сады прекрасны, – сказал Калилл, указывая на каменную дорожку, с обеих сторон окаймленную изумрудно-зеленой травой, разноцветными растениями и деревьями, обвитыми гирляндами фиолетовых цветов.
Какое-то время мы шли молча, пока я любовалась водопадом, впадающим в бассейн с водяными лилиями. Рядом с ним рос куст цветущих красных роз. Калилл срезал одну из них и протянул мне.
Я взяла цветок дрожащей рукой, не зная, что сказать.
