Принц, что так жесток полностью

– Видите ли, мы с ней остались за стенами города, чтобы обеспечить безопасность всех во дворце. Я полночи бродил по лесу. – Его взгляд стал мрачным и отстраненным. – Потом зверю взбрело в голову проникнуть в город. Арабис пыталась остановить меня, но я впервые ослушался. Я напал на свою подругу и чуть не убил ее. Последний приказ-команду она отдала уже после того, как я ее ранил, и это усилие… могло стоить ей жизни. – Он снова посмотрел мне в глаза. – Если зверь перестанет ей подчиняться… что мне тогда делать? – Последние слова он произнес шепотом, полным ужаса и безнадежности.

Я не знала, что ответить. Да и что тут можно сказать? В горле встал ком, не дающий произнести ни слова.

– Что остановит меня сегодня вечером? – спросил Калилл. – Весь город будет праздновать, но без Арабис их не спасут даже каменные стены. – Одним грациозным движением, как умеют только фейри, он поднялся на ноги. Гнев выплеснулся из него, и я ожидала увидеть черные вены вокруг его глаз, но кожа осталась чиста.

Я попыталась рассуждать логически.

– Город окружен прочными стенами и хорошо охраняется.

– Меня не остановят ни стены, ни городская стража, – ответил он со смертоносным спокойствием.

– Но должен быть какой-то выход.

– У Крина есть идея. – Выражение его лица колебалось между надеждой и поражением.

– Это же… хорошо.

Мгновение мы оба молчали. Калилл подошел к краю бассейна, встав ко мне спиной, и сделал несколько глубоких вдохов. Когда он вернулся и сел на скамью рядом со мной, выражение его лица снова стало спокойным, а поведение – безмятежным. Я чувствовала на себе его пристальный взгляд, пока обдумывала все то, что он мне рассказал. Он оценивал меня, оценивал мою реакцию.

Наконец он сказал:

– Похоже, вас не шокировала открывшаяся правда, не так, как Арабис и остальных.

– Может, дело в том, что я не до конца понимаю последствий этого.

Калилл покачал головой.

– Нет, дело не в этом. Уверен, вы понимаете всю шаткость моего положения, и чем это… бремя… может обернуться для принца Благого двора. Думаю, причина в вашей проницательности и чуткости.

Если честно, его слова звучали как полный бред. Мы были едва знакомы и общались не так плотно, чтобы он понял, какая я.

– Вам наверняка кажется, что я несу какую-то чушь. – Казалось, его это позабавило. – Но я останусь при своем мнении.

– Полагаю, вы имеете на это право.

Он фыркнул, и этот звук, казалось, впился в мою кожу, так сильно напоминая физическое прикосновение.

Стремясь избавиться от этого ощущения, я выпалила:

– Значит, проклятие и есть та причина моего присутствия здесь.

– Верно.

– Вы считаете, что я могу его как-то снять?

– Нет.

Я озадаченно нахмурилась.

– Тогда что вам от меня нужно? – озадаченно спросила я.

– Точно не могу сказать.

Мое замешательство усилилось.

– С чего вы взяли, что я могу вам помочь? Зачем похищать меня?

– Жрица сказала, что вы поможете.

– Жрица? Это еще кто такая, черт возьми? – Теперь настала моя очередь злиться, и я вскочила на ноги. Я даже оставила розу на скамейке.

– Могущественная провидица. Как будущий король, после последнего дня рождения я должен был нанести ей визит. Она должна была сказать, что я стану хорошим правителем для своего народа. Но вместо этого предсказала нечто совсем другое.

– Что же?

– Сейчас я не имею права разглашать все детали.

– Почему? – спросила я.

– Предсказания жрицы нельзя рассказывать кому-то другому.

– Значит, это она выдала блестящую идею поехать верхом.

Он с безучастным выражением лица пожал плечами.

– Что за… Пожалуйста, не заставляйте меня заканчивать фразу. Вы прожили в моем королевстве достаточно времени, чтобы понять, что я хотела сказать, – прошипела я, потеряв остатки самообладания. Принц был весьма красноречив, и я понимала, что веду себя грубо, но мне было плевать. Что он мне сделает? Укусит? Пусть попробует.

Но он не выглядел оскорбленным. Судя по тому, что он пытался сдержать улыбку, его очень позабавило мое поведение.

– Мои несчастья забавляют вас? Серьезно?

Его лицо тут же стало серьезным.

– Нет, что вы. Ни в малейшей степени.

– Тогда почему вы похожи на кота, который проглотил канарейку?

– Просто так.

– Чушь собачья, – выпалила я, наплевав на вежливость.

– Мисс Сандер, приношу вам свои извинения. Я не хотел вас обидеть.

– Прекратите называть меня мисс Сандер. Мне все время кажется, что вы обращаетесь к моей матери.

– Вы не разрешали называть вас по-другому.

– Да, но… – Проклятье. Злость взяла надо мной верх. И что мне делать? Я вскинула руки. – Можете называть меня как угодно. Мне все равно.

Калилл поднялся со скамейки и встал передо мной.

– Тогда я буду называть вас Даниэллой. – Он произнес мое имя медленно, словно смакуя каждый слог. – Прекрасное имя.

Черт бы его побрал! От звука его хрипловатого голоса у меня по телу пробежали мурашки, а то, как он смотрел на меня, произнося полное имя… Что происходит? Почему я так реагирую на него, хотя он одним махом разрушил мою жизнь?

Он сделал еще один шаг ко мне, и его гипнотические голубые глаза захватили мои.

– Вы…

Но я так и не узнала, что он хотел сказать, потому что к нам трусцой подбежал Сильвер.