Несколько тварей добралась до света факела и тут же перестали были тенями. Увидев настоящую форму отродий Кархэнах, я чуть не закричала от ужаса.
В полумраке пещеры они оставались просто тенями, но, когда на них падал свет, то превращались в отвратительные антропоморфные существа с редкими прядями сальных волос, торчащими из бледных черепов. Их тела были худыми, скелетообразными и обтянутыми серо-голубой кожей. Они смотрели невидящими глазами в одну точку, передвигались на четвереньках, громко скрежеща по камням острыми черными когтями на руках и ногах, и жадно раскрывали пасти с гниющими зубами. Они выглядели так, словно умирали от голода.
– Скоро ты станешь таким же, как они, – возвестил жуткий женский голос из глубины пещеры. – Как когда-то они были похожи на тебя.
– Нет, не стану. Я – принц Калилл Аданорин, Душа Дракона, Защитник Королевства. Я никогда не буду служить тебе.
– Но ты уже мой слуга. Я чувствую тебя каждую ночь. Каждая смерть от твоей руки питает меня и мою силу.
Калилл зарычал от злости.
– Я чувствую тебя сейчас, – с ликованием произнес голос. – Чувствую тлеющий внутри тебя гнев. Такой чистый. Такой вкусный.
– Сними проклятье или пожалеешь, – прорычал Калилл.
У меня в ушах прозвучал пронзительный смех. Как будто его угрозы ничего для нее не значили. И я ее понимала: как могли семь воинов-фейри, как бы хорошо они ни владели мечом, одолеть десятки прячущихся в тени отродий?
– Будь по-твоему. – Калилл вытащил меч и бросился в атаку.
Двигаясь подобно торнадо, он размахивал мечом, разрубая все, что стояло у него на пути. В воздух тут же полетели обломки скал и бледные конечности. Твари Кархэнах даже не успевали понять, что происходит, как их уже настигали мощные удары меча. Из открытых ртов вырывались крики боли, и существа падали на землю, превращаясь в черные тени и исчезая.
Из глубины пещеры выползали новые отродья.
Джондар, Крин и остальные тоже бросились в бой. Джондар метал огненные шары в отродий, которые быстро сгорали и превращались в пятна.
Сразу три твари поползли в сторону Арабис.
– Берегись! – закричала я, и сердце подскочило к горлу.
В бою Арабис словно танцевала, а ее меч развевался в такт ее движениям, как бальное платье. Двух отродий она разрубила пополам, а третье промчалась мимо и стало жертвой голоса Арабис.
– Твои собратья – вот твои настоящие враги. Атакуй! – приказала сусурро.
Существо повернулось к одному из своих и вонзило острые когти в живот, вытаскивая внутренности наружу. Они оба закричали.
Сильвер с помощью своей стихийной силы замораживал тварей, когда те летели на него, и разрубал их ударами своего меча.
Крин и Цилия проворно носились по пещере, безжалостно убивая все отродья на своем пути. Они двигались в унисон, как хорошо отлаженная машина смерти, постоянно пересекаясь друг с другом, но не разу не столкнувшись.
Но только увидев, как сражается Калилл, я лишилась дара речи. И там было на что посмотреть. Он двигался с такой скоростью, такой уверенностью, с таким безраздельным вниманием и убийственной точностью, что все остальные по сравнению с ним казались неуклюжими малышами.
Он был похож на… бога войны.
Ох, зря Кархэнах насмехалась над ним, а я зря в нем сомневалась. В конце концов Калилл был несокрушимым воином, про которого слагали легенды в обоих королевствах, а я собственными глазами видела, как он хорош в бою.
Несколько сгустков тьмы рассеялись, когда последнее отродье пало жертвой его меча.
– Ты не сможешь прятаться от меня вечно, – прокричал он в темноту. – Выходи или я сам тебя найду.
Кархэнах гоготнул, а затем ужасный скрежет стал еще громче. По моей коже пробежали мурашки, и страх усилился. Если раньше отродий были десятки, то сейчас казалось, что сотни отвратительных существ выползали из глубин самого ада.
Они наступали на нас, словно армия разъяренных огненных муравьев. Я замерла от страха. Неужели Калилл и его отряд сегодня испытают пределы своих возможностей?
Крепко сжимая факел, я прижалась спиной к каменной стене. Боже, и почему я не умела драться или владеть оружием? Я даже не могла себя защитить. Из четырех детей в нашей семье только я была бесполезна в бою. Лючия умела передвигать предметы, Тони превращалась в волка с острыми зубами и когтями, а Лео был магом, чьи возможности в бою ограничивались лишь его воображением.
Я же могла только исцелять. И этот дар нельзя было использовать во вред, но раньше меня это совсем не беспокоило.
Если бы я только могла изменить принцип работы своего дара, то высосала бы ту малую толику жизни, что еще теплилась в отвратительной нежити, и обратила в ничто.
Пока остальные сражались, я отступила назад и скрылась в узком туннеле, через который мы сюда пришли. Здесь на меня могло напасть только одно отродье, и я надеялась, что смогу отбиться от него факелом.
