Я закатила глаза, и Атропос, соскользнув на пол, храбро занырнула в деревянный ящик с пергаментами.
Одно можно сказать с уверенностью: гримуара на столе больше не было.
Я возмущенно кашлянула.
– Гений господствует над хаосом.
Но Атропос не совсем ошибалась: я была уверена, что перед моим приходом Морриган специально убралась, потому что сейчас на полу валялись листы, которые раньше лежали в ровной стопке на столе. Шкаф был открыт, и я разглядела в нем другие посохи. Я с завистью уставилась на недоеденный кусок пирога, который стоял на стопке энциклопедий.
Я облизнула губы кончиком языка. Обитатели царства фейри знали толк в сливках и глазури!
–
– Никто не узнает, что его съела я. Если, когда мы уйдем, оставим окно открытым, то все подумают на дикого пикси.
Проигнорировав протест Атропос, я подняла красивую обсидиановую тарелку и с удивлением обнаружила под ней черную кожаную книгу с трехглавым вороном на обложке.
– Нашла! – восторженно воскликнула я, жадно хватая книгу и не отпуская пирог.
Гримуар был тяжелым, пах кожей и древними знаниями, а в моей руке ощущался холодным и враждебным.
Я поначалу не решалась открыть книгу. Гримуар – очень личная вещь для каждой ведьмы, и, помимо личной истории, в нем содержались самые сокровенные мысли и самые темные секреты.
–
– Ладно. Ты права.
Я снова сделала глубокий вдох, а затем устроилась на стоящем рядом стуле и при свете свеч начала изучать книгу.
Я хотела пропустить отрывки, казавшиеся мне нерелевантными, но не смогла прочитать ни единого слова.
– Только не говори, что книга написана на латыни.
–
– Мне бы и старого английского было достаточно. Его я хотя бы частично поняла. Латынь в Академии я учила едва ли не хуже, чем древнегреческий.
У меня не оставалось другого выбора, кроме как пытаться изучать книгу, опираясь на ключевые слова. Я пролистала очень точное изображение нашей Богини, что подтвердило мои догадки о том, что она являлась и Морриган тоже. За этим последовал рисунок короля Оберона с несколькими примечаниями. Мне удалось расшифровать такие слова, как «олень», «Благой» и «золото». Я ничуть не удивилась, увидев на следующей странице очень детализированный и украшенный сусальным золотом портрет королевы Маб.
Затем я нашла список королев ведьм и небольшие портреты предшествовавших мне правительниц и их приближенных.
–
Я одобрительно кивнула.
– Раньше я тоже любила рисовать. Когда вижу такие рисунки, мне и самой хочется взяться за кисть.
–
– А почему их тут быть не должно? Я королева ведьм, если ты вдруг забыла.
–
– Откуда ты…
Я не закончила предложение, потому что при виде следующей страницы у меня перехватило дыхание. Мало того что она была сильно повреждена и покрыта чернильными кляксами, на ней повторялось мое имя.
Следом еще одно слово.
Змея, кусающая себя за хвост.
Хотя это было всего лишь слово, повторяющееся снова и снова, тот факт, что мое имя увековечено на пергаменте, вселил в меня почти языческий страх. Даже Атропос задрожала всем своим змеиным телом.
