— Ты просто даешь шанс. А как им воспользуются, это уже не должно тебя тревожить. Ты же Любовь, а не Судьба? А свое мнение насчет страданий, жертв и усилий я уже высказал, — заметил Иери, едва касаясь пальцами моего плеча.
Он прав. Я просто даю людям шанс. Шанс найти свое счастье. У них всегда есть возможность изменить свою жизнь, расстаться, найти кого-нибудь другого. Почему бы и нет?
— А если пара расстанется? Это будет моя вина? Что мне тогда делать? — с сомнением спросила я, понимая, что там, по ту сторону зеркала, в родном мире, мне даже поговорить не с кем. Тем более на такие темы.
— Тогда тебе придется взять веревку и связать их вместе, душечка. Другого варианта я не вижу! — раздался смешок. Да, несмотря на кажущуюся мягкость, с чудовища где залезешь, там и слезешь.
Стрелки сошлись на двенадцати ночи, и я поняла, что мне пора. Я встала, пошла в гардеробную, переоделась в драные джинсы и футболку, чтобы не объяснять таксисту, с какого такого бала-маскарада меня только что выпроводили. Я долго думала, а не обнять ли кое-кого на прощание? В знак признательности и благодарности… Но потом передумала. Не стоит. Вместо этого перед самым расставанием я по-деловому протянула руку.
— Спасибо тебе. Ты мне очень сильно помог. Если честно, то я… — я начала запинаться, понимая, что оправдываться за то, что попросила помощи, как-то неловко. — Если честно, то мне…
Да что такое! Иери с интересом посмотрел на протянутую руку, а потом на меня, пытающуюся подобрать слова.
— Мне неловко за то, что пришлось втягивать тебя в эту историю, но… Саше некуда было пойти, а я сама живу на съемной квартире… И мне не хотелось, чтобы она всю ночь бренчала мне на ухо на гитаре… Вот… — созналась я, чувствуя себя неловко и неуютно.
Иери ничего не ответил. Венценосное чудовище молча взяло мою руку, но вместо того чтобы «по-дружески» пожать ее и пожелать мне успехов, удачи и всего хорошего, оно медленно подняло ее и осторожно прикоснулось к ней губами, не сводя с меня глаз. Я видела улыбку на губах в момент поцелуя, но сам поцелуй заставил меня содрогнуться. Как будто невидимая прохладная волна пробежала по всему телу, а в груди появилась какая-то слабость. Я отчаянно пыталась сообразить, что не так с этим поцелуем, глядя на свою дрожащую руку, пальцы которой все еще были «в плену». Мое сердце, как древний тамтам, выстукивало какой-то странный гулкий ритм.
На небе не было ни луны, ни звезд, лишь длинное облако сизой дымкой медленно ползло в сторону острых шпилей замка. Черные кусты, очертания темных деревьев, ажурная арка, ведущая туда, где срабатывает мое кольцо, — все усиливало странное ощущение какого-то сна. «Что ты делаешшь… Что ты позволяешшь… — возмущенно шелестели деревья, растревоженные порывом ветра. — Ты что, не понимаешшь?..» И от этого шепота мне становилось трудней дышать. Я видела, как в темноте на бледном лице в ореоле длинных волос горят зловещим светом огоньки знакомых глаз. Моя побледневшая и похолодевшая рука уже сама до боли сжимала чужие пальцы.
Я молча взывала к человечности, умоляла не причинять мне зла, в то же время боялась отпустить единственную руку, протянутую мне навстречу, за которую ухватилась, как за соломинку, барахтаясь в мутной и быстротечной реке жизни, захлебываясь отчаянием, страхом и одиночеством, отплевываясь болью и обидами. В этот момент мне захотелось предложить большую, светлую, пионерскую дружбу…
— Мы ведь можем быть друзьями? — пролепетала я, ловя себя на мысли, что несу какой-то бред. — Просто друзьями… То-то-товарищами…
Я заглянула в глаза «то-то-товарищу» в надежде, что пионерская дружба — это предел его мечтаний.
Иери сделал шаг навстречу.
