Я взглянула на часы и поняла, что катастрофически опаздываю на работу. Магазин подарков завлекал стильной надписью. Рискнем. Продавщица тут же отложила телефон, натянула дежурную улыбку и прочирикала заклинание: «Вам что-то подсказать?»
— Мм… — замялась я, глядя на глобусы, фляги, статуэтки, вазы и прочую дребедень, разложенную и развешенную по полочкам.
— Вы ищете подарок? Не так ли? Вам для кого? Для мужчины или для женщины? — поинтересовалась продавщица, поправляя огромные часы в виде штурвала из серии «Эй, моряк, ты слишком долго плавал!».
Я ответила, снова шаря глазами по витрине в поисках того, за что можно зацепиться.
— Отлично! — порадовалась за меня блондиночка так, словно мужчина в доме — это большая редкость. В глазах продавщицы без обручального кольца читалось: «Сейчас в наше время главное украшения дома что? Мужик!»
Да что ж такое! Ничего интересного не попадается.
— Он у вас кто по профессии? Чем увлекается? Что любит? А возраст какой? — защебетала продавщица, явно не желая меня выпускать из липких сетей маркетинга, разглядывая свои владения, смахивающие на игру «Найди предмет по очертанию или названию».
Да она меня только что в угол на колени поставила такими вопросами!
Грамота с надписью «Лучшему мужу за особые заслуги» и «Удостоверение лучшего любовника» серьезно меня напрягли. А огромная статуэтка косоглазого аиста с надписью «Будущему папе» повергла меня в ужас. Топорные свиньи-копилки смотрели на меня недобрыми взглядами, понимая, какая участь ждет их в момент наступления финансового кризиса. Крылато-пернатые родственники — ангелы и голуби — сгруппировались на полочке под толстым слоем пыли, выдавая потребительский спрос с головой.
— У нас есть отличные застольные шашки. Или вот, целая рулетка! Тоже со стаканами! Есть дартс! Есть вот такая фуражка… И ремень… Начальникам обычно берут блокноты с тиснением! Или пепельницы… Кстати, он у вас курит? — не умолкала блондиночка, а на прилавке появлялись все новые и новые вещи. У меня было такое чувство, что если бы я честно отвечала на вопросы, то к моменту выбора подарка продавщица уже набирала бы номер санитаров.
И тут мне на глаза попался красивый алый футлярчик, которым я тут же заинтересовалась.
— Ручка. Чернильная, — футляр распахнул передо мной свой зев, показывая красивую ручку. Нет, как вариант… Кста-а-ати! А почему бы и нет?
— Заверните ее, пожалуйста, — попросила я, тревожно глядя на часы.
— Конечно, конечно… — продавщица длинными когтями соскребала ценник, высунув от усердия язык. — А давайте я ее вам упакую в красивую коробочку с бантиком? Бесплатно! Ой, а маленьких нет, сейчас, одну минуту, я вытряхну кое-что…
Из-под прилавка появился чужой подарок. Обертку и бантик содрали и выбросили в ведро.
— Представляете, минут пятнадцать назад приходила девушка, тоже искала подарок для своего бойфренда, — из коробочки появилась какая-то хрустальная статуэтка в виде слипшихся голубков. — Она еще открытку долго выбирала. И тут он ей позвонил… представляете… она стоит, рыдает… Послал он ее, как говорится… Кстати, вам открытки не нужны?
— Нет, спасибо! — отказалась я, прижимая готовый подарок к груди.
Когда я влетела в офис, на часах значилось опоздание стоимостью в сто рублей. Итого на моем счету было девятьсот шесть рублей. Бешеные деньги по нынешним временам и по моим меркам. Шучу. Моих финансов хватит еще на три месяца с учетом квартплаты, поэтому я ничуть не расстроилась.
Подарок лежал в ящике стола. Периодически я открывала ящик, смотрела на красивый бантик, а потом закрывала. Был соблазн осторожно развернуть обертку и рассмотреть ручку как следует, но не хотелось портить упаковку.
Одиннадцать часов. Посетителей не было. И тут… я даже вздрогнула от неожиданности, облившись чаем! Посреди кабинета появилась… незнакомая девушка. Симпатичная, зеленоглазая шатенка была одета в какую-то рванину. Самое интересное, что она была босая. На лице незапланированной гостьи читалась высшая степень омерзения. Такое чувство, что королева только что прокатилась в общественном транспорте в час пик. На платье от кутюр ее величества всю дорогу кунял грязный бомж, ворчливая бабка не нашла лучшего места для своей груженной кирпичами и железяками тележки, чем рядом с новыми чулками королевы, а большая, потная и липкая, как мухоловка, тетка капала размороженной килькой на дорогущие сапоги венценосной особы. Звукорежиссером был маленький ребенок, истошно вопящий на руках агрессивной, как самка гориллы, мамаши, которая постоянно орала ему: «Заткнись! Чего орешь?!» И неизвестно, кто орал громче. А режиссером по спецэффектам был водитель, которому доставляло удовольствие резко тормозить в последнюю секунду, заставляя все содержимое салона почувствовать единство и взаимную поддержку.
