Его замутило. Случайные прикосновения обжигали, заставляли дергаться в омерзении. Его словно вернуло в то время, когда он только вышел из метро, которое отвезло его в параллельную вселенную. Во что он одет? Какие-то тряпки. Уборщики в отцовском офисе лучше одеваются. В его приятелях — нищие неудачники, скидывающиеся всем скопом, чтобы купить несколько банок самого дешевого пива. Он живет в крохотной комнатке, питается фаст-фудом из забегаловки напротив дома, радуется, когда Хибари готовит пресный рис или суп.
Нужно вернуться. Ему просто необходимо назад, в его привычный дом с услужливым дворецким, к его отцу и бесящему подкидышу. Здесь он задыхался, будто весь воздух вокруг был отравлен. Это не его место, не его жизнь, у него совсем другая судьба: в просторном офисе с огромными окнами вместо потертой барной стойки, с гурьбой подчиненных и симпатичной секретаршей, он должен быть одет в дорогой костюм, и должен разъезжать по улицам в сверкающем автомобиле, а не на допотопном велике, купленном с рук у пожилой семейной пары. Это просто нелепая ошибка в системе мира, из-за которой он оказался на самом дне с планктонами и микробами, а не наверху, с китами и акулами, как ему и полагается.
На самом деле он даже уже не понимал, что делает. На автомате набрал зазубренный наизусть номер телефона и принялся нервно теребить пуговицу на рубашке, бессмысленно слушая мерные гудки в трубке.
— Деймон Спейд у телефона, — наконец раздался чуть сонный голос, и в горле резко запершило, мешая закричать в ответ. — Алло? Кто это?
Сердце билось часто и неровно, безумно раздражающая музыка будто заглохла, и слова застряли где-то внутри, заставляя безмолвно открывать и закрывать рот.
— Что за придурок звонит посреди ночи? — послышалось на заднем плане, и Деймон сердито шикнул в ответ. — Дай сюда, — проигнорировал его голос. — Особняк Спейдов, чем могу помочь? — холодно бросил в трубку Алауди.
— Ты, урод, если это кто-то с работы… — прошипел Деймон, и Мукуро прорвало.
— Алауди! — хрипло выкрикнул он в трубку, которая жалобно треснула, сжимаемая в руке.
— Мукуро! — Деймон тут же перехватил трубку. — Где ты? Немедленно говори адрес, я приеду!
— Да… Забери меня отсюда, — выдавил из себя Мукуро, едва сдерживаясь, чтобы не закричать в голос. Ему было мерзко от того, что он делает, но поделать ничего не мог. Он умрет, если его прямо сейчас не заберут обратно, на свою планету. — Пап, прости меня, пожалуйста, я такой кретин…
— Нет, это я виноват, прости, — быстро ответил Деймон дрогнувшим голосом. Громкие шорохи в трубке и взвизгнувшая молния дали ясно понять, как он торопится. — Где ты? Ты в порядке? Что случилось? Отве… Эй! — вдруг раздраженно воскликнул он.
Послышался неясный шум, какой-то грохот, а затем в трубке вновь раздался голос Алауди.
— Пришлось вырубить его, — беспечно сказал он. Что-то щелкнуло, и Алауди шумно выдохнул, видимо, закурив. — Так что у тебя стряслось?
Мукуро молчал. Его сбил с толку тон, которым Алауди с ним говорил. Будто бы это вполне обычный звонок из булочной. Хоть это немного и взбесило, но все же подавило чувство паники и безысходности, и даже пристыдило за столь ужасное поведение.
— Ты умираешь в канаве, тебя похитили, посадили в тюрьму или ты собираешься покончить с собой? — не дождавшись ответа, продолжил он. — Причина паники?
— Я встретил своего знакомого. С моей группы.
— Странно, что ты узнал его, ведь в университете фактически ты провел от силы неделю.
Чем дольше они говорили, тем больше ужасался Мукуро. Он словно побитая собака. Он столько наговорил Алауди ранее, а теперь так опустил себя в его глазах, и в глазах отца наверняка тоже, что еще хуже. Дебильная, никогда раньше не замеченная за ним, истерика исчезла за один миг, как не бывало. Вся эта ситуация такая… ужасающе идиотская. Сато, какой-то там Сато, которого Мукуро раньше ставил на планку ниже инфузории туфельки, вдруг вывел его из равновесия. Позорище.
— В общем, звоню, чтобы передать всем привет, — как можно безмятежней сказал Мукуро, отчаянно жалея, что позвонил.
— Необыкновенно мило с твоей стороны, я обязательно передам ответ Деймону… Когда он очнется, — после короткой паузы ответил Алауди. — Если ты хочешь вернуться, то я могу приехать за тобой. Если ты, конечно, не заставишь меня снова бежать кросс.
— Я не хочу. Все в порядке, я просто готовлюсь к актерской карьере.
— Пойдешь на Оскар. Деймона чуть удар не хватил, он даже мои брюки напялил.
— Фу, вы что, опять вместе спите?
— Как ты уехал — да. Так удобно стало, что можно не затыкать себя подуш…
— Все, я понял! Не вреди моей психике еще больше, чем уже навредил.
Он был отчасти благодарен Алауди. Он всегда вот такими простыми разговорами его успокаивает. Хотя иногда еще и выбешивает. По большей части, выбешивает.
— Ладно, мне надо возвращаться к работе, а то мой напарник меня сожрет. Ты там… эээ… за отцом пригляди. Не сильно ты ударил?
— Не-а. Проваляется без сознания часик, как раз мне хватит.
