Мукуро выдохнул его имя, целуя его шею, впиваясь губами в покрасневшую кожу на груди, повторял еще и еще, чувствуя, как сжимается кольцо его объятий, и кончил, издав полустон-полувздох.
Они лежали, пытаясь отдышаться, Кея все также стискивал его, прикрыв глаза, а потом Мукуро перекатился в сторону и обнял его, улыбаясь ему в висок.
— Ты так и не возбудился, — сказал он. — Я помогу.
— Нет. — Хибари не повернулся к нему, но улыбнулся тоже. — Мне было хорошо. Так что не надо… Спасибо.
— За такое обычно не благодарят, — со смешком заметил Рокудо, приподнимаясь на локте. Мышцы приятно ныли, и все еще отдавалось в паху легким покалыванием тающее возбуждение. — Но благодарность принята, ты прощен за прошлые грешки.
— Пошел ты к черту, — слабо посмеялся Кея, глядя на него теплым усталым взглядом.
Интересно, о чем он думал? Или в его голове тоже было звеняще пусто, как сейчас у Мукуро?
— Итак… мы это сделали, — произнес он.
— Ага…
— И? Что теперь?
— А что теперь? Все. Будем спать.
Мукуро щелкнул ему пальцем по лбу.
— Да нет же, Кея. Помнишь, о чем я говорил тебе в отеле?
Хибари, подумав, кивнул и посерьезнел. Нет, даже помрачнел.
— Мы, может, друг друга и не любим, но ведь нам так прикольно вместе, — продолжил Мукуро. — Мы могли бы…
— Нет. — Кея сел, поморщился от боли и покачал головой. — Не думаю, что это хорошая идея.
— Не можешь отказаться от своих ухажеров и учениц? — едко заметил Мукуро, уязвленный таким уверенным отказом.
Хибари встал и поднял свою рубашку.
— Дело не в этом. Просто так будет лучше, — холодно ответил он и уточнил. — Для тебя.
— Ну спасибо большое за заботу! — разозлился Мукуро. — Если тебе нужен был просто секс, то ты можешь так и сказать, я же против ничего не имею. Я не буду рыдать и валяться у тебя в ногах, потому что ты меня отверг, не закачу истерику.
— Ты уже истеришь.
— Я говорю тебе, что не надо мне врать, вот и все. — Мукуро повязал простыню и поднялся, следуя за Хибари. Тот направлялся в душ. — Мы должны быть друг с другом предельно откровенны. Мы же друзья. Ну и теперь даже еще и любовники.
— Я бы хотел, но… лучше не надо.
Подозрение, которое уже давно навязчиво витало в воздухе, наконец-то начинало формироваться в уверенность. Вся эта забота. То, почему ребята за ним носятся, как умалишенные… недомолвки…
— Кея, ты… — Мукуро смотрел на него и видел, что Хибари может сейчас ему все-все рассказать. Без утайки, прямо и откровенно. — Ты же… — но почему-то так страшно узнать правду. Догадываться и услышать подтверждение догадки — это две разные вещи. Кея выжидающе смотрел на него, и в его глазах отражалась упрямая самоуверенность. Он правда готов ему все рассказать. — Ничего. Возвращайся.
Хибари мимолетно улыбнулся, будто бы с облегчением, и поцеловал его уже более привычно: грубо и властно, как было уже десятки раз до сегодняшней ночи.
— Мне завтра на работу, а с тобой я точно не усну, — усмехнулся он, уже прикрывая за собой дверь. — Я буду спать в своей комнате. Кошмаров тебе.
— И тебе того же, — фыркнул Мукуро.
И, несмотря на просто волшебный первый их секс (и уж точно не последний), все равно было тягостно на душе.
========== Минутка радости ==========
Мукуро специально встал в пять утра, чтобы успеть поймать Хибари перед тем, как тот уйдет на работу, но все равно не застал его. Это тоже послужило тревожным звоночком: Мукуро пару раз просыпался как раз к его уходу, и знал, что Кея не выходит раньше семи. Значило ли это, что он его избегает?
Длинные гудки в трубке действовали на нервы, а звонок в полицейский участок вообще напугал его до усрачки: на работе Хибари так и не появился.
— Ты куда смотрел, кретин тупорылый?! — орал в трубку Гокудера. Слышно было, как он поспешно одевается.
— Я не обязан следить за ним! — возмутился Рокудо, более-менее придя в себя. В конце концов, что может случиться с самим Хибари Кеей?
— Ладно, спасибо, что хоть сказал, — недовольно пробурчал Хаято.
— Неужели ты сказал мне что-то хорошее?
Гокудера промолчал, досадливо вздохнул и бросил трубку, даже не попрощавшись. Ямамото, в отличие от него, коротко посмеялся, бросив беспечное: «Да что с ним сделается?», поблагодарил и отключился.
— Ночью он был с тобой? — спросил Дино приглушенным голосом — у него в гостях была очередная девушка, которая, видимо, еще спала. Получив удовлетворительный ответ, он устало усмехнулся. — Не волнуйся, Мукуро, он иногда пропадает. Мы его быстро найдем.
Немного помаявшись, Мукуро все же набрал номер Савады, но из трубки все раздавался равнодушный механический голос робота, оповещающий о том, что абонент недоступен. Звонок милой развратной медсестре, телефончик которой каким-то чудом еще сохранился в воспаленном больном сознании Мукуро, немного прояснил ситуацию: ночью Тсуне стало плохо, а утром приехал Деймон и забрал его на домашнее лечение.
— Слушаю, — строго ответил Алауди, взяв трубку с первого гудка. — А, ты. Странно, что ты звонишь в такое время.
- Тсунаеши рядом? – без обиняков спросил Мукуро.
Алауди помолчал.
