Переворачиваюсь на спину и чувствую на щеке горячее, неравномерное дыхание, а в бедро упирается твердый член. Втягиваю воздух через сомкнутые губы и поворачиваю голову.
Артур как будто забывает вдохнуть, а потом подается немного вперед и касается моих губ своими. Только прикосновение. Мы продолжаем дышать, но теперь в губы друг другу. А между ними искрит. Их покалывает. Легонько шевелю своими, превращая простое прикосновение в поцелуй.
— Сима, — шепотом выдыхает Артур.
Это как будто становится сигналом, и я подаюсь ближе, чтобы смять его губы своими. Я толком не знаю, как надо, но мне очень сильно хочется целоваться с Артуром, поэтому становится плевать, что он подумает о моих умениях. Хотя, судя по тому, как он отзывается на этот поцелуй, мой опыт не имеет значения.
Его ладонь снова оживает и сжимает мою талию. Я ахаю, когда Артур крепче прижимает меня к себе. А потом он раздвигает языком мои губы и проникает им в рот. Я стону громче, мои глаза закрываются от удовольствия, когда его вкус оседает на моем языке.
Кладу ладонь на его щеку, как будто придерживая, чтобы он не отстранился. Легонько ерзаю на простыне, вжимаясь в Артура еще крепче. Наконец он слегка приподнимается на одном локте и нависает надо мной сверху. Его пальцы вцепляются в мою футболку и тянут вверх.
— Не вздумай останавливаться, — шепчу ему в губы.
— Перестань командовать, — отзывается он с улыбкой, и наш поцелуй становится жадным и неконтролируемым.
Серафима
Артур буквально затыкает мне рот этим поцелуем. Но я не сопротивляюсь и не спорю. Наоборот, обнимаю его за шею и встречаю все, что он мне дает.
— Расслабь губы, — произносит он, а я даже теряюсь на мгновение. Что значит расслабить? Я же не напрягаю. — Расслабь, малыш, я поведу.
Ах, он об этом…
Расслабляюсь и позволяю ему быть первой скрипкой в нашем оркестре. И это мое самое правильное решение. Потому что поцелуй становится гораздо более чувственным.
Внизу живота закипает лава, которая тягучим потоком расползается выше и ниже до самых кончиков пальцев.
Задрав мою футболку до подмышек, Артур ложится на меня, и я вздрагиваю, когда его горячий торс касается моей кожи. Стону ему в губы, а его ладонь накрывает мою попку, когда он вклинивается между моих ног и давит своим стояком на самое чувствительное местечко.
— Артур, — задыхаясь, произношу я и ерзаю, чтобы получить еще более тесный контакт и хоть немного облегчить пульсацию между ног.
— Ш-ш-ш, немного терпения, малыш, — отвечает он, и его губы путешествуют по моей скуле к шее.
— Не могу терпеть, — произношу хрипло. — Я хочу… У меня там все болит.
— Я полечу, не волнуйся. Не торопись.
Губы скользят по моей шее, а потом Артур приподнимается, чтобы снять с меня футболку. Снова наклоняется и прокладывает дорожку поцелуев по шее к груди. Обхватывает губами сосок и легонько посасывает его. Тянет и облизывает, отчего мое тело охватывает жаром.
Зарываюсь пальцами в его волосы и выгибаю спину, подставляя себя для его жадных, горячих ласк.
— Артур, — опять зову. Мне нужно что-то говорить, иначе учитывая, какой сумбур творится в моей голове, я сойду с ума. — Пожалуйста. Сделай с этим что-нибудь.
— Сделаю, малыш, сделаю, — бормочет, обдавая горячим дыханием мою кожу.
Ласкает вторую грудь, потом обе накрывает ладонями и сжимает так, что я вскрикиваю и дрожу.
— Больно? — спрашивает он.
— Приятно. Еще.
Мне кажется, я слышу его усмешку, и он немного сильнее сжимает грудь.
— Если окажется, что ты подходишь мне и в постели, пиздец, Сима. Я никогда тебя не отпущу.
— Не отпускай. Я не хочу сейчас быть нигде, кроме как с тобой. Пожалуйста.
Он набрасывается на мой рот с таким остервенелым поцелуем, что сводит скулы. Царапаю его затылок и хватаюсь за него в попытке еще теснее вжать его в себя. Быть еще ближе. Хотя куда уж? Ближе — это только внутри меня.
— Артур, — шепчу, задыхаясь, когда он отрывается от моего рта. — Я хочу заняться с тобой сексом. Сейчас. Пожалуйста.
— Ты не меня хочешь, а просто сбросить напряжение.
— Нет! Хочу тебя! — делаю акцент на последнем слове. — Почему ты все время думаешь, что причина не в тебе?!
Он пару секунд медлит, а потом снова целует меня. И опять поцелуй другой. Он ощущается иначе. Как будто Артур… благодарит меня за что-то. Или словно признает мою правоту. Не знаю, что он вкладывает в него, да и пофиг! Только бы не останавливался. Только бы сделал то, о чем я прошу.
Не отрываясь от моих губ, скользит ладонью по моему боку, пробуждая мурашки. А потом ныряет ею в мои простенькие хлопковые трусики с маленькой полоской кружевной отделки. Они насквозь мокрые, и Артур пальцами ощущает эту вязкую влажность.
Пальцы ныряют между складок и безошибочно находят точку, которая так нуждается в его прикосновении. Меня прошибает током, и я вздрагиваю в его руках.
— Черт, такая мокрая, — бормочет он, отрываясь от моих губ.
Я провожу ногтями по его влажной от пота груди и снова обнимаю за шею.
— Из-за тебя, — отвечаю. — Сделай с этим что-нибудь.
