— Прости, что испортила тебе мальчишник. Тебе же, наверное, доложили, что происходит в клубе, да?
— Нет. Я просто приехал проверить, как у тебя дела. Вовремя, похоже.
Машина останавливается, а мое лицо все еще в горячих ладонях мужа.
— Я не хочу спать без тебя, — тяну капризно.
Глаза Артура зажигаются.
— Придется, малыш. Только одна ночь, помнишь?
— Хорошо, — отзываюсь со вздохом.
— Но окно не закрывай, — подмигивает он, и я вспыхиваю от удовольствия. С готовностью киваю. — Ну все, беги домой, — добавляет и отпускает меня.
— Я буду ждать, — шепчу и, чмокнув Артура, выскакиваю из машины.
— Сима, ты поздно, — говорит мама, когда я поднимаюсь на этаж. Она кутается в шелковый халат и сонно моргает. — Может, выпей что-то от головы, чтобы утром не болела?
— Все будет нормально, мамуль, — радостно произношу я. Целую ее в щеку и несусь к своей комнате. — Спокойной ночи.
— Спокойной, — летит мне в спину, и я захлопываю дверь.
Бегу в душ и моюсь как можно быстрее. Внутри все вибрирует от скорой встречи с Артуром. Казалось бы, ну что тут такого особенного? Мы же каждую ночь спим в одной постели. Но это другое. Он забрался ко мне в окно, чтобы забрать меня. Чтобы противостоять всей моей семье. Чтобы сделать меня своей. Это особенный для меня ритуал.
После душа быстро чищу зубы и вылетаю в спальню. Замираю на пороге, потому что на моей кровати уже лежит Артур в одних боксерах.
— Привет, — улыбаюсь во весь рот.
— И тебе привет, крошка, — отвечает он с улыбкой. — Ну чего застыла? Иди скорей сюда. Через несколько часов у нас свадьба. Надо еще выспаться, а до этого… я задолжал тебе оргазм.
— Мне не надо сейчас оргазм, — произношу и иду к кровати. — Я хочу просто завернуться в твои объятия и уснуть.
— Тогда иди быстрее.
Я ускоряюсь и буквально падаю на мужа. Он перекатывает меня на спину и укрывает нас одеялом. Тянусь к нему для поцелуя, на который он сразу же отвечает, а его рука уже скользит мне под ночную сорочку.
— Артур, я же…
— Ш-ш-ш. Маленький оргазм для сладкого сна. Раздвинь ножки. — Я выполняю его то ли приказ, то ли просьбу. Пальцы тут же проскальзывают между моих складок, и один из них ныряет внутрь меня. Я тихо стону. — Всегда мокрая для меня, — удовлетворенно произносит Артур. — Завтра у алтаря тоже будешь мокрая, моя развратная девочка?
— Это ты… ты виноват, — задыхаясь, произношу я.
— Конечно, я. И всегда буду я, слышала?
— Да, — выдыхаю.
— А теперь веди себя тихо, иначе мы получим от твоей мамы. Она запретила мне приходить к тебе.
— Когда?
— Вечером, когда я заезжал сюда забрать Демона.
Артур недолго рисует круги вокруг моего клитора, а потом забирается под одеяло и устраивается между моих ног. Тогда я понимаю, что он был прав. Для сладкого сна мне нужен еще один оргазм. Ма-а-асенький, но такой, чтобы земля сотрясалась от моей дрожи.
Язык Артура умело играет с моим напряженным комочком, пока я извиваюсь на кровати и изо всех сил пытаюсь не стонать. Закусываю руку, втягиваю губы, сжимаю их зубами. Но у меня плохо получается. Потому что, чем быстрее двигается его палец внутри меня, чем интенсивнее он работает языком, тем острее мои ощущения. Перед глазами уже яркие вспышки. Все тело объято огнем. С губ рвутся стоны, которые я пытаюсь сдерживать до гипоксии.
— О, боже, боже, боже, — шепчу.
Артур прибавляет второй палец, и толчки становятся интенсивнее. Все мое тело покрывается мелкими бисеринками пота, и меня трясет. Я понимаю, что сдержаться не смогу. Слишком яркие ощущения, чтобы я могла молча выдержать это все.
— Артур… Артур, я не могу… я…
— Сима, все хорошо? — внезапно слышу из-за двери голос мамы.
Так, блин, не вовремя! Потому что именно в этот момент я взрываюсь с громким “да-а-а!”.
Слышу, как под одеялом сдавленно смеется Артур, все еще поглаживая меня изнутри. У меня в ушах шум и бешеный грохот сердца. Даже нестрашно, если мама сейчас зайдет сюда. Потому что мне слишком хорошо после мощного оргазма.
— Таня, оставь их в покое, — звучит из-за двери голос папы, и как раз в этот момент из-под одеяла показывается голова Артура.
Он целует мою шею, а потом смотрит на меня с улыбкой. В темноте комнаты я едва вижу его лицо, но эту улыбку почувствую за версту.
— Кого — их? — спрашивает мама.
— Ну кого “их”, Танюш? — отвечает папа с улыбкой в голосе. — Артур пробрался к ней в комнату. Через окно. Опять.
— Ему же нельзя видеть ее перед свадьбой.
— Не думаю, что он на нее смотрит. Идем спать, родная. Завтра большой день.
Я хихикаю, слыша, как удаляются шаги родителей, и чувствую, как лицо заливает алая краска.
— Завтра я не смогу смотреть маме в глаза.
— Поверь мне, вы с пацанами не от поцелуев родились, — отзывается Артур, а потом заваливается набок, зевает и притягивает меня к себе. — Но твой папа прав. Давай спать. Завтра большой день.
Артур
Ненавижу, когда на меня пялятся столько пар глаз. И ненавижу, когда они лезут в мое сугубо личное. А Сима — это личное. Наша свадьба — это личное. Наши чувства — тем более. Но произнести свадебную клятву я обязан.
