— Все… ну, почти все Фениксы обучались здесь, ваша магия слишком опасна. И твоя мать не была исключением, — подтвердил призрак. — Хорошая магичка была, волевая, упорная. Жаль ее. Впрочем, вас, Фениксов, мне всегда жаль. Такие яркие. И так быстро угасаете. Н-да. Опутали тебя, конечно, знатно. Не дело это. Фениксам нужна свобода.
— Так дайте мне ее, — взмолилась я. — Пожалуйста.
— Будто у меня есть выбор, — проворчал ректор. — Хотя обычно мы в дела Золотых драконов не вмешиваемся, без инициации ты все равно из академии не выйдешь. Но, надеюсь, ты понимаешь, что можешь умереть? Либо не выдержав инициации, либо не вернувшись после того, как сгоришь?
Я сжала кулаки, отгоняя невольную дрожь, и кивнула:
— Понимаю. Но то, что меня ждало без нее — хуже смерти. Поэтому лучше все решить сейчас, пока я еще могу решать сама.
Призрачный дракон понимающе качнул головой и перевел взгляд на декана Райлина:
— Веди ее в зал, а я пока активирую внешний защитный контур.
— Думаете, попытаются прервать инициацию? — догадался тот.
— Уверен в этом, — призрак кивнул. — Либо Харт примчится, отреагировав на ту висюльку, что болтается у девочки на шее, либо Киллиан почует и прибежит — он тоже мальчик упрямый.
Сообщив это, ректор исчез.
— Они правда могут прервать инициацию? — нервно уточнила я у лорда Райлина.
— Уже не смогут, — успокоил тот. — Даже в академию не попадут. Но вот потом воплей будет много. Особенно, если ты не возродишься. Хотя тебе-то уже все равно будет, а вот нам разгребать придется прилично… ладно, пошли.
«Подбодрив» меня таким образом, Лазурный дракон вновь направился к лестнице.
Я шла, из последних сил стараясь не поддаваться страху и держать себя в руках. В конце концов зелье, которое уже дало мне возможность испытать собственную силу, показало, что я способна с ней справиться. Значит, я должна пройти инициацию успешно. Обязана! И о неудаче не хочу даже думать!
А насчет того, получится ли вернуться… это ведь будет всего лишь второй раз. Шанс все еще высок! И вообще, должно же мне повезти? Назло всем этим Золотым драконам! Ради справедливости — должно!
С такими мыслями я и подошла к лестнице, и мы стали спускаться вниз. Один пролет, второй, третий… а на пятом послышались странные шелестящие звуки, перемежающиеся с тонким певучим свистом. Завораживающие и, одновременно, жутковатые.
— Что это? — не удержавшись, тихо спросила я.
— Снежные змеи, — ответил декан Райлин. — Довольно разумные существа, хотя и своеобразные. Без взаимодействия с ними не обойтись северной страже, поэтому учим адептов с ними работать еще здесь, в академии.
— Ого!
О существовании ледяных змеев я слышала, но видеть их не доводилось. На миг стало жаль, что сейчас совсем нет времени, и не получится заглянуть к этим удивительным существам. Но потом мысли вновь вернулись к предстоящей инициации, тем более что шестой уровень оказался последним. Лестничный проем уводил в короткий одинокий тоннель, грубо выбитый в толще каменной скалы и буквально заросший коркой льда. А на другом его конце виднелись массивные двустворчатые двери зала Инициации.
Мы пришли.
Зал представлял собой так же грубо вытесанный в скале круглый мешок. Рассеянное освещение, шедшее откуда-то сверху, позволяло увидеть все те же заиндевевшие, мерцающие ледяными искрами стены и здоровый медный диск, вплавленный в пол точно по центру. Вокруг него по трем равноудаленным сторонам расположились на треногах глубокие жертвенные чаши. Ближайшая к нам — из прозрачного хрусталя, предназначалась для инициации нейтральных магов. Та, что справа — из белого агата, для светлых. Но лорд Райлин повернул налево, к чаше из черного оникса.
— Ты ведь у нас Темный Феникс, верно? — на ходу уточнил он.
— Да, — подтвердила я.
— Вставай на диск, — прозвучал голос ректора.
Я поспешила подчиниться.
«Интересно, — мелькнуло в голове. — А как призрак будет активировать жертвенную чашу? Ведь для нее нужна кровь Черного дракона, а он, хоть и Арридор, но бестелесен. Да и вообще, где он?»
Впрочем, последний вопрос отпал вслед за моей челюстью, потому что я его увидела. Ректор входил в зал, живой и здоровый. Настоящий! Лишь по-прежнему окруженный темной дымкой, с черными как у всех Арридоров волосами, пробитыми одной седой прядью, хищными чертами лица и жутким черным взглядом.
— Так вы не призрак? — охнула я.
— Ну почему же? — он усмехнулся. — И призрак тоже. Я ведь Призрачный дракон.
— Но я думала, призрачной является только аватара…
Усмешка на лице ректора стала шире, но объяснять что-либо он не посчитал нужным. Подошел к лорду Райлину, который что-то делал у чаши, и уточнил:
— Ну?
— Блокировку снял, — ответил тот. — И целых три слепка заодно. Энтузиасты, и зачем они сюда лезут? Ведь знают же, что все равно ничего не добьются, и чаша на них не среагирует, но упорствуют. Может, все-таки поставить защитные чары от адептов на зал?
— Нерациональное расходование ресурсов, — отмахнулся ректор. — Пусть развлекаются. Ладно, иди, дальше мы тут сами разберемся. И следи за ущельем, там скоро появятся, хм, весьма недовольные гости.
