— Она может не признавать этого, — с улыбкой говорит Ноэль, — но она восхищается тобой за это. — Он хлопает меня по плечу. — Кстати, спасибо тебе. За то, что рассказал мне о выставке. Я бы ни за что не пропустил ее.
Я отвечаю ему улыбкой. — Я рад, что ты пришел. Я рад, что мы наконец-то встретились.
— Я тоже.
В конце концов Ноэля отзывает Анаис, а меня мистер Эмброуз отводит в угол галереи. — Вы хорошо поработали сегодня, Северин.
— Спасибо, месье Эмброз.
— Я горжусь вами. Чтобы проявить честность, нужна смелость, а вы в этом году проявили много честности.
— Просто пытаюсь исправиться, сэр.
— Как бы то ни было, — говорит мистер Эмброуз, — я решил сообщить вам, что вы были выбраны победителем выставки этого года. Мистер Дроу и миссис Элмсберг были очень впечатлены вашей искренностью, ранимостью и качеством ваших работ.
— Но я этого не заслуживаю, сэр. — Я жестом показываю на галерею. — Если бы вы видели работы Анаис до того, как я их уничтожил, вы бы поняли, что я имею в виду, сэр. Возможно, сегодня я проявил честность, но она проявляла ее всегда. Она всегда была верна себе, своей работе. Она заслуживает победы, а не я.
— Я не могу изменить решение совета директоров, Северин, — говорит мистер Эмброуз, печально качая головой. — Я бы изменил, если бы мог, но это не в моих силах.
— Тогда я хочу, чтобы Анаис получила грант. Мне он не нужен — я его не заслуживаю. Но Анаис заслуживает. Пожалуйста, мистер Эмброуз.
— Это в моих силах, Северин. — Месье Амброз смотрит на меня своими темными глазами, долгим, ищущим взглядом, который буравит меня насквозь. — Вы уверены, что это то, что вы хотите сделать?
Я выдерживаю его взгляд и улыбаюсь. — Поверьте мне, мистер Эмброуз. Я уверен.
Северен
Анаис застает меня на следующей неделе, когда я собираю свои вещи из фотостудии. Она врывается в комнату, грозно хмурясь.
— Мне не нужен твой грант.
— Что ты имеешь в виду? — легкомысленно спрашиваю я.
Я стою на коленях на полу, раскладывая оборудование по ящикам, и, хотя она возвышается надо мной, сложив руки, я не могу удержаться от смеха.
— Грант от конкурса. Он как по волшебству попал на мой счет. Я не выиграла премию, и она мне не нужна.
Я пожимаю плечами. — Тогда делай с ними что хочешь.
— Я хочу, чтобы ты забрал его обратно.
— Он мне не нужен.
— Я не спрашивала, нужен ли он тебе. Ты выиграл конкурс. Это твой грант. Делай с ним что хочешь.
— Я выиграл конкурс нечестно. Я уничтожил твою работу, которая могла бы победить, и я бы не победил, если бы не сказал каждому человеку на выставке, что я тебя люблю. Так что мне плевать, что они выбрали меня победителем. Я не считаю себя победителем, и мне не нужен этот грант.
— Тогда отдай его кому-нибудь другому.
— Я попросил мистера Эмброуза отдать его тебе, потому что он должен быть у тебя. Разве он не нужен тебе для Японии? На случай, если твои родители отрубят тебя, как они отрубили твоего брата?
— И что? Я найду работу.
— Хорошо. Найди работу.
Я закрываю кейс на молнию и встаю, кладу кейс на стойку, а затем поворачиваюсь лицом к Анаис. Она тяжело дышит, как будто находится в центре борьбы. Ее глаза горят, а рот дрожит.
— Ты не должен этого делать, — наконец говорит она, ее голос нехарактерно хриплый и нетвердый. — Я уже простила тебя за то, что ты сделал.
— Это не имеет к этому никакого отношения.
— Тогда почему? Мне не нужны твои деньги, Сев. Мне ничего от тебя не нужно.
— Нет, не нужно. Но я люблю тебя... Не знаю, слышала ли ты мою речь той ночью. Может, ты пропустила эту часть. Я люблю тебя, и я ошибся в тебе, и ты простила меня, что замечательно. Но я все еще люблю тебя и хочу, чтобы ты была вознаграждена за тот невероятный труд, который ты вложила в свое искусство, и я хочу, чтобы ты была свободна и не беспокоилась о деньгах, когда поедешь в Японию. Я бы с удовольствием поехал с тобой в Японию и купил бы тебе все, что только можно пожелать, но у меня есть подозрение, что ты никогда не позволишь мне этого сделать. Это единственное, что я могу сделать, и я это сделал. Если ты не хочешь оставлять деньги себе, отдай их кому-нибудь другому. Отдай их Ноэлю, если хочешь. Но они твои, а не мои.
Она долго смотрит на меня в полной тишине. На ней ярко-синий джемпер поверх юбки, и в кои-то веки она обута. На ее рукавах есть маленькие мазки белой краски. Мне хочется расцеловать ее щеки и крепко обнять.
— Это еще не решено, — говорит она наконец.
— С моей стороны — да. — Я встречаю ее взгляд улыбкой. — Ты приедешь на озеро в пятницу?
Она сужает глаза и поджимает губы. Моя улыбка не сходит с лица.
— Отлично! — восклицает она и, не говоря больше ни слова, вырывается.
— Я люблю тебя! — говорю я ей вслед.
В ответ — тишина. Затем она просовывает голову в дверь, все еще глядя на меня.
— Я тоже тебя люблю.
В последний день 13-го года обучения традиция Спиркреста — заканчивать год вечеринкой у озера за деревьями в северной части кампуса.
