Не принудительная помолвка между двумя пешками в какой-то финансовой игре, а настоящая помолвка. Кольцо на ее пальце или на шее. Поцелуи и секс — не транзакционный гостиничный секс двух людей, встречающихся для обмена оргазмами, а нечто иное. Секс с тем, кого я хочу видеть в своей постели даже после того, как мы оба кончим.
Раньше будущее всегда казалось мне таким туманным и далеким. Наверное, я никогда не планировала его.
Но когда я представляю будущее сейчас, оно ясно, как фотография, в моем сознании. Это Анаис в каком-то возмутительном наряде и охристых носках, с пятнами краски на щеках, превращающая нашу квартиру в художественную студию. Это нежный утренний секс по ленивым воскресеньям, за которым следуют круассаны и кофе. Мы с Анаис в Японии, во Франции — где угодно, только вместе.
И я могу представить себе гораздо больше.
Я представляю ее в свадебном платье — никакого скучного свадебного белого, и она, вероятно, наденет кроссовки, просто потому что так будет удобнее. Медовый месяц, проведенный в каком-нибудь месте, полном красок и природы. Мое лицо между ее ног в золотистом солнечном свете, ее стоны, заглушающие шум проливного тропического дождя. Ее сияющее лицо и тысячи поцелуев, которыми я планирую осыпать его.
Мое сердце переполнено и готово взорваться, и я внезапно хватаю Анаис, крепко прижимая ее к себе. Яков бросает окурок на землю и топчет его.
— Твою мать, — ворчит он. — Возьми себя в руки.
Но в его тоне слышны ласка и веселье, и он подмигивает мне, уходя. Я беру лицо Анаис в руки. В туманном свете сумерек ее лицо сияет, как звезда.
—
— Так меня называет Ноэль, — удивленно говорит она.
— Я знаю. Тебе идет.
— Значит ли это, что я больше не твоя
— Нет, не значит. Ты всегда останешься моим другом.
— Как поэтично, — пробормотала она, задумчиво надувшись. — Кто бы мог подумать, что ты такой безнадежный романтик?
Я сжимаю ее щеки, прижимаясь к ее лицу. — Не смейся надо мной.
Она высовывает язык. — Тогда не делай все так просто.
— Мне можно быть милым.
Она отстраняется и одаривает меня медленной, злобной ухмылкой. — Но тебе гораздо больше идет быть злым.
Я сужаю глаза и наклоняю голову. — Зачем ты пытаешься меня спровоцировать,
Она пожимает плечами. — Я бы никогда не подумала о таком.
Но зеленый атлас комбинезона струится по ее коже, как вода, делая очевидными учащенное дыхание и напряженные соски. Я сжимаю челюсти и понижаю голос.
— Осторожнее,
Ее глаза блестят. — Как будто ты сможешь меня поймать.
Обхватив рукой ее шею, я притягиваю ее лицо к себе. — Кто теперь мазохист?
— Все еще ты, — дышит она мне в губы.
— Нет. Я не хочу причинять тебе боль,
Я захватываю ее рот в поцелуе, от которого у нас перехватывает дыхание. Она прижимается ко мне всем телом, ее руки обхватывают мои плечи. С ее губ срывается тихий стон, и она внезапно отстраняется.
— Тогда верни мне мое кольцо.
— Что? — Я хмуро смотрю на нее.
— Мое кольцо. Я хочу его вернуть.
Мое сердце замирает в груди.
— Это обручальное кольцо, — медленно говорю я.
Она пожимает плечами. — Я знаю.
— Я хочу, чтобы оно было у тебя, — говорю я ей низким голосом. Вокруг нас сгущаются сумерки, ползучая тьма окутывает нас мягким коконом. — Но это обручальное кольцо.
— Мы ведь помолвлены, не так ли?
Я колеблюсь. — Значит ли это, что мы останемся помолвленными?
— Ты хочешь остаться помолвленным? — спрашивает она.
— Анаис. Конечно, я хочу остаться помолвленным. Я хочу, чтобы ты была моей любовницей, моей девушкой, моей невестой. Однажды я хочу, чтобы ты стала моей женой — если ты захочешь. Я просто хочу, чтобы ты была моей, как бы ты этого ни хотела.
Эмоции смягчают ее взгляд. Она поднимается и целует меня, нежно прикасаясь. — Я хочу быть твоей, Северин Монкруа. Так дай мне кольцо.
Я расстегиваю ожерелье на своей шее и надеваю его на ее. Кольцо падает ей на горло, и я касаюсь его кончиками пальцев. Оно все еще теплое от моей кожи. Но это ничто по сравнению с теплом, наполняющим мое сердце, мою грудь.
— Я чертовски люблю тебя, Анаис Нишихара, — шепчу я.
Она смеется. — Я знаю.
— Ты тоже меня любишь?
Она прижимается ртом к моему уху. Ее волосы щекочут мои губы. Я вдыхаю ее пьянящий запах: сирень, французское лето, льняное масло и желание.
—
Я сужаю глаза. — Ты смеешься надо мной?
— Я бы никогда не посмела.
— Ты серьезно?
Солнце ловит ее глаза, заставляя их сверкать. — От всего сердца.
Я заключаю ее в свои объятия и целую, глубоко и медленно.
— Докажи это, — приказываю я ей в губы.
Она ухмыляется.
— Заставь меня.
Французские ссылки с объяснением
●
