– Девчонка должна остаться целой и невредимой! – шипит Червонная Королева, обвивая лозами руки Черной и притягивая их к поясу.
Черная Королева сопротивляется, и ее волосы меняют цвет, делаясь то алыми, то темно-красными. Стражники переминаются, не зная, кого слушать. Даже Манти как будто смутился. Похоже, они на собственном опыте узнали, что должны слушаться любую из двух королев, сидящих в этом теле.
– Девчонка пришла по собственной воле, – утверждает Червонная Королева, – как и предсказал Морфей. Ее тело должно остаться невредимым. Она здесь для церемонии, и твои гости будут свидетелями.
При этих словах волосы Королевы полностью делаются темно-красными.
«Церемония». Морфей, видимо, озвучил Червонной Королеве наше предложение – вселиться в мое тело и покинуть зазеркальный мир. Вероятно, каким-то образом они сумели уговорить Черную.
Но при чем тут церемония?
– Я не знала, что нам нужны свидетели! – кричу я, взлетая выше.
За спиной у Королевы начинается какое-то движение. Ее слуги и подданные расступаются, чтобы дать дорогу Морфею. Поначалу я радуюсь, увидев, что он цел и не в цепях. Потом я замечаю, как он одет. А главное, стоя посреди королевских гостей, он чувствует себя совершенно как дома.
Глядя на меня, Морфей снимает высокий цилиндр в малиновую и ярко-алую клетку, который отлично смотрится в сочетании с полосатым бордовым костюмом, черной рубашкой и красным галстуком. Драгоценные камни у него на лице сверкают темно-лиловым. Морфей дарит мне самую ослепительную свою улыбку.
– Спускайся, любовь моя. Не надо стесняться. На свадебной церемонии обязательно нужны свидетели. Почему наша свадьба должна отличаться?
Волосы Черной Королевы постоянно меняют цвет, пока она шагает впереди, провожая нас в нашу комнату. Позади идут трое стражей. Я вспоминаю, как год назад вместе с Морфеем шла по коридору Червонного замка, на волосок от неминуемой гибели в зубастой пасти брандашмыга.
«От которой он меня спас», – напоминаю я себе.
Я стискиваю зубы, когда Морфей касается моей руки. Я решила подождать – не освобождать пока свою магию, не пускать в ход смертоносное платье. В этом свадебном спектакле я готова поучаствовать по трем причинам.
Во-первых, Джеб где-то здесь, в замке, и я должна сохранять спокойствие, чтобы помочь ему.
Во-вторых, я очень рада, что сердцу Морфея ничего не угрожает. И пока я не могу найти в себе силы и придушить его.
И, в-третьих, лицо Морфея сулит мне ответы на некоторые вопросы и молит о помощи. Здесь кроется нечто большее, чем он удосуживается показать.
Я вызнаю у него правду, как только мы останемся наедине; видимо, это он и имел в виду, когда потребовал, чтобы перед началом церемонии нам позволили побыть вместе. Червонная Королева согласилась, но каждый шаг дается мне всё труднее. Подозреваю, она уступила, поскольку мы направляемся в какое-то уединенное место, чтобы переселить ее дух из одного вместилища в другое.
Без спасительного дневника я как будто тону. Когда меня охватывает неуверенность, я крепче сжимаю руку Морфея. Удерживая мой взгляд, он целует скрытые под перчаткой костяшки пальцев. Морфей искренне рад видеть меня.
Всё бы изменилось в одну секунду, если бы он узнал о клятве жизненной магией, которую я дала Джебу. Пусть даже моя человеческая половину всегда принадлежала ему – и в глубине души Морфей это знает, – он придет в ярость. Хотя в зазеркальном мире оба научились сосуществовать, всё мгновенно переменится, если Джеб вмешается в его планы. Поэтому я ничего не стану говорить Морфею, пока мы в замке. Ревнивый и жестокий, он слишком непредсказуем, когда дело касается Страны Чудес и меня.
Поднявшись на два пролета по винтовой лестнице, мы шагаем по мраморному коридору. Вдоль стен стоят сотни стеклянных витрин, в которых выставлены напоказ сердца – разных размеров и форм. Они бешено бьются в своих вместилищах. С каждым ударом красные брызги осыпают стекло, как будто сердца стучатся в дверь тюрьмы. От медного запаха мяса меня мутит.
Я пытаюсь не сравнивать насекомых, которых убивала и вывешивала на стенах у себя дома, с тем, что делает Черная Королева, но сходство разительное. Видимо, коллекционирование у нас в крови. И я не смею задумываться, чем еще мы похожи.
Стражи открывают двойную дверь и впускают нас в комнату, где на полу лежит черный мохнатый ковер, а стены выложены бордовыми плитками. Королева против собственной воли заходит внутрь вместе с нами. Судя по волосам, сделавшимся алыми, Червонная Королева вновь взяла верх. Как только мы оказываемся в комнате, стражи выходят в коридор и закрывают за собой дверь.
– Добро пожаловать в игровую комнату Черной Королевы, – раздается у меня в голове низкий шепот.
То место у меня в груди, где Червонная Королева оставила свой отпечаток, отзывается болью на ее присутствие. Я прижимаю подбитый мехом корсаж платья к телу, чтобы не поддаваться атмосфере ужаса и тирании, которая сопутствует Червонной Королеве в любом облике. Я должна быть сильней, чем она.
