Воздух хлестал ее, беспощадно рвал одежду. Снег белыми брызгами взметался до колен по обе стороны доски. Сэм казалось, что каждая минута не на сноуборде была потрачена впустую – что только сейчас, летя со склона горы, она снова ожила.
Джефф вырвался вперед; она почувствовала, что и Тедди наступает ей на пятки: свист его лыж звучал более мягко, чем громкий скрип досок. Сэм присела и бросила вес вперед с большей силой, чем обычно, будто ее подстегивали слова Тедди. Какое право он имел ее судить?
Доска выскользнула из-под ног.
Однажды, в пять лет, Сэм попыталась сбежать от своего частного инструктора и рванула вниз с горы. У нее кончился снег, и она двадцать метров ехала по грязи, прежде чем врезалась в куст. Когда лыжный патруль наконец-то выкопал ее, Саманта потеряла два зуба и ухмылялась от уха до уха.
Вот так Сэм чувствовала себя и сейчас. Она спускалась все быстрее и быстрее по склону, отчаянно пытаясь переместить вес на заднюю ногу, чтобы немного притормозить…
И полетела вперед, с глухим стуком ударившись о снег и кувыркнувшись. Мир превратился во вращающийся белый вихрь.
Саманта свернулась в клубок, ожидая, пока все наконец не остановится.
– Сэм!
К ее изумлению, голос принадлежал не Джеффу, а Тедди.
Он схватил ее за локоть.
– Ты в порядке?
– В полном. – Сэм нащупала свою доску в заносах и осторожно встала на ноги. Она вдруг смутилась – не из-за падения, а из-за причины, по которой оно произошло. Потому что размечталась о Тедди.
– Поздравляю, – заставила она себя сказать, глядя с горы вниз на Джеффа. – Похоже, с меня желание.
Завернувшись в пушистое белое полотенце, Сэм направилась в крытую гидромассажную ванну, которая была встроена в стену дома и окружена панорамными окнами, что выходили на горы. Конечно, была и открытая, но у Сэм все мышцы болели, и ей не хотелось выбегать на холод, чтобы крутить форсунки.
Она свернула за угол, только чтобы понять, что не одна.
– Ой, извини. Неважно, – нерешительно сказала Саманта.
Тедди встал, качая головой.
– Пожалуйста, не бойся. Тут много места.
Верно; гидромассажная ванна была рассчитана на пятнадцать человек. Но разве не странно, что она здесь одна, с парнем, с которым встречается ее сестра?
С другой стороны, Сэм поняла, что не слышала, чтобы Тедди хоть раз упомянул имя Беатрис за все выходные.
Она неохотно уронила полотенце и погрузилась в воду. Сэм была одета в яркий купальник цвета фуксии, который с технической точки зрения вообще не мог считаться цельным, учитывая, сколько в нем было стратегических вырезов. Летом она такой носить не могла, иначе полосы загара, которые бы остались, выглядели бы слишком странно.
– Кроме того, тебе, вероятно, джакузи нужно больше, чем мне, после того падения, – продолжил Тедди и рискнул улыбнуться. – Джефф уже определился с желанием?
– Еще нет. Ему придется придумать что-то действительно грандиозное, потому что больше такой возможности не представится. Я обычно ему не проигрываю, – похвасталась она.
Тедди усмехнулся.
– Пока вы, ребята, не решили заморозить мое нижнее белье…
– Не буду давать никаких обещаний.
Сэм легла так, что спина оказалась как раз над одной из струй. Она заставила себя посмотреть в окно, потому что в противном случае смотрела бы на Тедди – на его мускулистые руки, легкую щетину на челюсти. Пар клубился вокруг волос Тедди, делая их немного темнее, чем обычно.
– Саманта. – Тедди прочистил горло. – Прошу прощения за то, что сказал ранее. Я забылся.
– Нет, ты был прав. – Сэм удивилась своему ответу не меньше Тедди. Она посмотрела на поверхность воды, кусая губу. – В отличие от Беатрис, у Джеффа и у меня нет определенной роли или цели, нас ни к чему конкретному не готовят. Мы просто… существуем.
Тедди покачал головой.
– Прости за печальную новость, но ты недостаточно скучная или ленивая, чтобы просто существовать.
Сэм до странного тронули его слова. Непонятно, что подействовало – сочувствующий взгляд Тедди или восхитительное тепло джакузи, – но Саманте отчаянно захотелось сказать правду.
– Это не единственная причина, почему я не хочу в колледж, – медленно сказала она.
– Что ты имеешь в виду?
Капля пота скатилась по изгибу шеи Тедди и скользнула к впадине между ключицами. Его ресницы были колючими и влажными.
Сэм с трудом оторвала от него взгляд.
– Беатрис ненавидела Гарвард. Не учебу, а саму атмосферу. Она всегда чувствовала, что изолирована, как будто не является частью сообщества. – Саманта слегка улыбнулась. – Я знаю, что с виду не скажешь, но на самом деле у меня мало друзей.
– В самом деле? А девочки, с которыми ты ходила в школу?
Сэм невольно вспомнила, как в начальной школе некоторые девочки воровали вещи, которые принадлежали ей или Беатрис, и продавали их через Интернет. Их старые именные бирки стоили сто долларов; что-нибудь с подписью, например домашнее задание или тесты, даже больше. Когда дворец узнал, Беатрис стала еще более замкнутой, а Сэм в ответ стала полностью игнорировать одноклассниц и тусоваться с Джеффом и его друзьями.
Если так подумать, вероятно, оттуда и взялась ее репутация сердцеедки.
