Весь вечер, начиная с девяти часов, они с русским прочесывали квартал. Сначала все было просто. Госпожа Ползунова, покинув квартиру Сарина, зашла в ближайшую мясную лавку и купила две курицы, выйдя оттуда, повернула налево и пошла по улице, заглянув по пути в хлебный магазин и к зеленщику, потом, как следует из показаний свидетелей, направилась в сторону бакалейной лавки. Но туда она не дошла. Инспектор в сопровождении бледного, едва сохраняющего самообладание русского обходил дом за домом, магазин за магазином, пока наконец, проходя мимо одного небольшого хозяйственного магазинчика, господин Ползунов не остановился, чтобы вытряхнуть камешек из ботинка, и не увидел через стекло подозрительно торчащую из-за прилавка ногу. Они уже раза три проходили мимо этого магазина, но поскольку на дверях висела табличка «закрыто», не обращали на него внимания. Теперь же, русский, не дожидаясь разрешения инспектора, бросился к двери и, нажав на ручку, без труда попал внутрь. Инспектор не отставал, и хотя нога была мужская и явно кхмерская, такая находка могла быть связана с исчезновением госпожи Ползуновой.
Они не ошиблись. Освобожденный от веревок и кляпа несчастный перепуганный хозяин магазинчика рассказал им, что часа четыре назад двое каких-то бандитов ворвались в его лавку, а потом один из них выскочил на улицу и, схватив там какую-то европейскую туристку, вернулся обратно. Из долгого, путаного рассказа пострадавшего торговца удалось выяснить, что нападение на русскую не было заранее спланированным. И один из бандитов ругал другого, зачем тот ее схватил, когда надо было просто проследить. Но потом они помирились. Решили ее не убивать, а спрятать. И тот, который был у них за главного, пошел домой за деньгами, а еще обещал взять у какого-то знакомого машину, и на ней-то они и уехали. Как долго он ходил за деньгами? Недолго, минут двадцать. А еще они хотели ее пытать, чтобы узнать, где ее муж, и очень боялись, что их самих найдут, но не полиция, а какой-то страшный человек, если он их найдет, то наверняка убьет. Из всего сказанного Питу сразу понял, что парочка, напавшая на госпожу Ползунову, – те самые недотепы, что уже пытались убить русского бизнесмена и его супругу. Похоже, на этот раз судьба им улыбнулась. Задав несколько вопросов пришедшему в себя хозяину магазина, Сарин кое-как перевел Ползунову описание бандитов, сильно помогая себе руками, и тот подтвердил, что это действительно они. Оставалось лишь выяснить, куда они направились. Лавочник долго соображал, пока не вспомнил, что они говорили про какую-то базу за городом, на которой какой-то Криель прятал какой-то товар. Вроде раньше это был лагерь «красных кхмеров».
Инспектор, услышав это, приободрился, ибо теперь уже твердо решил завтра же отправиться к Мен Титу и одним махом убить двух зайцев – выяснить, где могут прятать госпожу Ползунову и каким образом прикончили самого Криель Тхатя.
И все же, пока на улице еще оставались поздние прохожие, а многие торговцы только закрывали свои лавки, инспектор в сопровождении русского опросил всех встречных, выяснил, в каком направлении скрылся старенький коричневый грузовичок с тремя пассажирами на переднем сиденье, разыскал хозяина машины, выяснил ее номер и заявил в официальный розыск. Заодно объявил в розыск и обоих похитителей, и госпожу Ползунову. Позвонил Пенгу и велел ему самому закончить допрос охранников, не давать им спуску, а если понадобится, задержать всех до его возвращения в камере предварительного заключения. Дворецкого отпустить, и самому отправляться домой, как только все закончит.
Все это было час назад. С тех пор они с господином Ползуновым успели вернуться домой, перекусить едой, которую они покупали, переходя из лавки в лавку, собирая сведения о похитителях и их жертве. После чего инспектор хотел лечь спать, он уже расстелил на полу тонкий матрас, вынутый из шкафа, предоставив гостю с комфортом провести ночь на диване. Но господин Ползунов со свойственной всем европейцам несдержанностью метался по квартире, ругался на своем языке и требовал немедленно ехать искать жену. Ко всем увещеваниям Сарина о бессмысленности сейчас каких-либо действий оставался глух и только все больше гневался.
– Поймите, – пытался достучаться до неугомонного русского Сарин, – ей сейчас ничего не угрожает. Они не собираются ее убивать, – втолковывал он этому тупице, используя все доступные ему выразительные средства, поскольку языковой барьер сильно затруднял их общение.
В ответ на это здравое рассуждение обезумевший от горя супруг исполнил пантомиму, из которой следовало, что убивать ее, может, и не собираются, но зато собираются пытать. А его, Ползунова, такой вариант тоже не устраивает, и он требует немедленно вернуть ему супругу, иначе он сам возьмется за дело и тогда все в Камбодже об этом крупно пожалеют.
