Он накручивает бороду на палец. Впервые это раздражает. Напоминаю:
— Я никогда не влюблялся и, подозреваю, просто не способен на это. Я не могу так рисковать. А Сигвальд, он… — взмахиваю рукой. — Он просто создан для романтики и всей этой ерунды. Ты читал его стихи? Он только и думает о любви к прекрасным девам. Вот и пусть любит — это то, что нам надо. И он достаточно красив, чтобы покорить сердце девушки. И…
Тёмный взгляд Фероуза заставляет меня умолкнуть. Так мы и стоим в коридоре под шум проливного дождя.
— Подумай хорошенько, — просит Фероуз. — Как бы ты не пожалел о своём первоначальном решении… Будут ещё распоряжения?
— Нет.
Коротко поклонившись, он уходит, а я пытаюсь осмыслить сказанное… Он что, думает, я могу влюбиться в принцессу? Да ещё за оставшийся месяц?
С усмешкой покачав головой, возвращаюсь в комнату, чтобы присмотреть за Мун и вскоре познакомить её с будущим мужем.
***
Укутанная в огромные полотенца, я сижу на софе и смотрю на Фриду, лекарь ощупывает синяки на её спине. Другой лекарь мажет ссадины на моих ногах, и боль отступает.
— Она поправится? — сипло от ужаса спрашиваю я.
Осматривающий Фриду лекарь кивает, не удостаивая меня взглядом. Зато Император смотрит. Кожей чувствую его взгляд, и к щекам приливает кровь.
Ничего не понимаю.
Почему Император возится со мной?.. Ему что, нравится, когда девушки его вазами бьют? Боюсь взглянуть на него даже украдкой.
Дверь открывается. В лёгкой светлой рубашке и голубых шароварах принц кажется таким юным, что я не сразу его узнаю. Он обращает взгляд ярко-зелёных, как у отца, глаз на Фриду и недоуменно вскидывает брови. Ерошит свои светлые кудри. Он очень красив, но в его красоте есть что-то женственное и невинное, мягкое, в отличие от подавляющей яркой красоты Императора.
— Сигвальд, — повелительный голос Императора отзывается вибрацией в моей груди. — Познакомься со своей невестой.
Тяжёлая ладонь ложится на моё плечо. Округлив глаза, поднимаю лицо к Императору. Тот смотрит на принца. Тоже смотрю на принца. Он — на меня. Внимательно, осторожно. Косится на Фриду и снова смотрит на меня. Вдруг склоняется в глубоком поклоне:
— Почту за честь стать вашим мужем.
— Что? — неузнаваемо тонким голосом уточняю я.
— Свадьба завтра на рассвете, — продолжает Император. — Созывай распорядителей и жрецов. Как кончится дождь, пусть сообщат в городе.
— Да, папа, — кивает принц. — Всё будет исполнено.
Он вновь смотрит на меня чистым, ясным взглядом.
— Почему я? — шепчу изумлённо.
Но стон Фриды заставляет меня забыть обо всём, бросаюсь к ней. Её густые чёрные ресницы дрожат, она поворачивается на бок. Принц приближается к нам:
— Кто это?
— Моя сестра, — сжимаю её руки.
Фрида распахивает небесно-голубые глаза. Изумлённо смотрит на возвышающегося над ней принца, на лекаря, меня, снова на принца. К её мертвенно-бледным щекам наконец приливает кровь.
— Г-где мы? — сипло шепчет Фрида.
— В императорском дворце, — поясняет принц. — Я Сигвальд, а это мой отец, — он указывает в сторону. — Император.
Фрида порывается встать.
— Не утруждайся, — роняет Император.
Она застывает. Непонимающе смотрит на меня.
— Я тоже ничего не понимаю, — уверяю я.
— Сигвальд. — Одного слова Императора достаточно, чтобы принц отправился готовиться… к свадьбе со мной.
Морщась от боли, Фрида садится и обнимает меня. Всхлипывает. Лекарь деловито мажет её спину вонючей мазью.
— Девушки, мы должны вас осмотреть, — говорит другой, старый лекарь. — Пожалуйста, встаньте и дайте нам сделать своё дело. Ну или хотя бы не держитесь друг за друга, здесь вы в безопасности.
Не чувствую себя здесь в безопасности, но Фриду должны осмотреть, да и моя спина ноет, а ссадины на шее и руках зудят. Вздохнув, поднимаюсь и, уставившись в пол, позволяю седому лекарю стянуть с меня полотенца.
Лёгкими уверенными движениями он заставляет меня проворачиваться. Касается спины, исцарапанных рук, незамеченной ранее ссадины на бедре. Оглядывает шею и, запрокинув моё лицо, всматривается в глаза с холодным любопытством.
— Ничего серьёзного, — бормочет он. — Большинство ран исчезнет к утру.
— Это хорошо, — раздаётся голос Императора. Подскочив, прикрываюсь руками и изумлённо смотрю на него, сидящего на тумбочке в углу. — Не хватало, чтобы принцесса шла под венец побитой.
Мои щёки пылают. Кажется, я сейчас вся покраснею и оплавлюсь от жара. К счастью, Император отводит от меня яркий изучающий взгляд. А я тяжело дышу, как загнанная лошадь. Будто услышав мой невысказанный вопрос, Император поясняет:
— Нет, я не оставлю тебя, пока не передам с рук на руки мужу. У меня нет ни малейшего желания снова за тобой бегать.
Мне невыносимо жарко. Дрожащими руками натягиваю полотенце. Но снова приходится его снять, чтобы лекарь намазал меня мазями. Фрида краснеет рядом. Но Император на меня больше не смотрит.
***
Снова начинается дождь. Полулежу на софе, сторожу. В огромной постели под куполом полога уже спит Фрида, а Мун сидит в изголовье, у единственной горящей свечи, и смотрит на ажурную решётку, задумчиво перебирает пальцами край расшитого одеяла.
