– Подождите, помедленнее, – рявкаю я, вскинув руку. – При малейшем использовании магии у меня идет кровь из носа, не говоря уже о магических испытаниях.
– Ты просто неопытная, – говорит мне Эльдара. – Тебя учили неправильно. Подозреваю, что ты поглощала свою собственную силу, тогда как на самом деле ты должна была вбирать ее из окружающего мира. Наверняка твоя мать так и делает.
– Из окружающего мира? – повторяю я.
Я быстро моргаю, когда понимаю, о чем она говорит. Внезапно все обретает смысл.
Вот как мне удалось сбросить солдата с корабля Гаррика и увести бабочку подальше от водоворотов – я забрала силу ветра. Но когда я пыталась управлять кистью, то использовала свои внутренние силы.
Вот почему это ослабляло меня и вызывало кровотечения, вот почему лечение Ирении отняло у меня столько сил.
Я отдавала ей свою магию.
Почему мать это скрывала? Почему она не хотела, чтобы я узнала о своей силе?
Ответ очевиден – из-за короля.
Он не хотел быть в меньшинстве. Наследников намного легче контролировать, чем настоящих ведьм.
– У нас осталось мало времени, – говорит Эльдара. – Время Нокса истекает, а смерть нетерпелива.
– Значит, мы не станем ее провоцировать, – отвечает Нокс.
Он ослепляет меня ухмылкой, и мне хочется смеяться, но тело содрогается изнутри. Я увядаю под тяжестью ответственности.
– До окончания месяца осталось немногим больше недели, – недовольно произносит Эльдара. – Если ты выживешь, это разрушит проклятие моей сестры. Сирит не станет рисковать, поэтому он нападет на нас. Если Селестра пройдет испытания, у нее будет достаточно силы, чтобы остановить Сирита, прежде чем он убьет тебя.
От слов Эльдары у меня кружится голова.
Я хочу спасти Нокса, но даже не подозревала, чего это будет стоить. Всего несколько недель назад я думала, что мне суждено красть души для короля и делать все возможное, чтобы Полимистес пал. Теперь я нахожусь на острове воинов вместе с беглым солдатом, и мне говорят, что моя задача – вести войска в бой и уничтожить королевство, которое я когда-то должна была сохранить.
– Мне нужно время, чтобы все обдумать, – бормочу я.
– Хорошо. – Эльдара кивает. – Но у нас не так много времени. Ты должна завершить испытания до того, как Сирит нападет. Это твое право по рождению, Селестра.
Слова Эльдары не успокаивают.
Я хочу узнать, почему она уверена, что я достойна такого наследия. Если король чему-то меня и научил, так это тому, что право править нужно заслужить. Его нельзя украсть или перенять обманом. Шести Островам не нужен очередной лживый правитель.
Если я поведу войска, последуют ли они за мной?
Эльдара хмурится, как будто чувствует мои сомнения.
– Пожалуйста, Селестра, – говорит она. – Без тебя Полемистес падет.
Я не могу спать.
Не знаю, сколько сейчас времени, но Мика храпит рядом со мной уже несколько часов.
Я привык бодрствовать. С тех пор, как умер отец, я не мог спать больше пары часов подряд.
Поскольку конец близок, я думаю лишь о том, что у меня есть реальный шанс исполнить предсмертное желание отца.
И Селестра – ключ к разгадке.
Если она согласится пройти испытания, предложенные леди Эльдарой, и станет королевой, у нас будет достаточно сил, чтобы убить Сирита и спасти Шесть Островов.
Я встаю с кровати.
Мика ерзает на койке и что-то бормочет себе под нос. Я качаю головой и осторожно выхожу из комнаты, чтобы не разбудить друга.
Комната Селестры находится чуть дальше по узкому коридору. Я медлю, прежде чем постучать, гадая, не спит ли она. Не хочу ее будить, но нам нужно поговорить. Если я не скажу то, что должен, то буду глядеть в потолок, пока не взойдет солнце.
К счастью, дверь со скрипом открывается, и Селестра высовывает голову.
– Что ты здесь делаешь? – спрашивает она шепотом.
На ней длинная белая ночная рубашка, ниспадающая до пола, а зеленые волосы касаются подбородка и отражают лунный свет, льющийся в открытое окно. Селестра такая красивая, что у меня перехватывает дыхание.
На мгновение я просто смотрю на нее и моргаю.
А затем вспоминаю, как говорить.
– Хочешь прогуляться? – спрашиваю я.
Селестра оглядывается, и я замечаю, как спящая Ирения крепче укутывается в одеяло, когда в комнату задувает ветерок из открытой двери.
– Подожди, – шепчет Селестра.
Она хватает одеяло и накидывает его на плечи, затем выходит, мягко закрыв за собой дверь.
– Мика снова храпит? – спрашивает она.
Селестра изрядно наслушалась его храпа на бабочке Лео.
– Он шумит, как горн, – говорю я. – Нужно было затолкать ему в рот носок.
– А нос заткнуть прищепкой, – предлагает Селестра.
– Я буду иметь это в виду в следующий раз.
Мы идем по узкому коридору вдоль спален и выходим на лунный свет. Здесь звезды горят ярче, чем в Вистилиаде.
Мы садимся на ступени кузницы, и я сразу же задаю мучивший меня вопрос.
– Ты подумала о том, что сказала леди Эльдара?
– И ты туда же, – вздыхает Селестра.
Я смеюсь.
– Ой, да ладно, принцесса. Я должен был спросить.
– Я бы хотела, чтобы ты перестал меня так называть, – хмурится она.
– Предпочитаешь королеву?
Селестра стреляет в меня взглядом.
– Это не смешно, Нокс.
– Нет, не так, – сдаюсь я.
