— Да. Она мне рассказала, откуда у неё появились эти деньги. Мне очень жаль, что вам пришлось вынести из-за моей глупой дочери, но она такой человек. Очень вспыльчивая и… Я понимаю, что за подобный поступок она должна поплатиться головой, но я могу просить вас дать ей ещё один шанс? Она вернет деньги, когда поправится и сможет отправиться на Дезерт с командой других авантюристов. Если вы просто казните её, то денег будет уже не вернуть, а моя малолетняя внучка потеряет мать, самого дорого человека, что у неё есть на свете.
Старик пытался пробить меня на жалость, но в этот момент я мечтал лишь о том, чтобы подмыть Теону, и поэтому просто отмахнулся. Деньги не главное, а вот её предательство было очень обидным. Я сказал, что продолжу разговор, когда ополоснусь и попросил всё организовать имеющимися сейчас во дворце слугами, и тут выяснилось, что две из четырех слуг принцессы всё еще здесь. Живы и здоровы. От похоти Марселя пострадала лишь одна, да и та, живая уехала с ним в замок. Убили лишь кормилицу принцессы, когда она в разгар удовольствия принялась стаскивать капитана с прислуги.
Жрицы и настоятельница храма тоже не пострадали. На них капитан не посмел поднять руку. Всеблагого отца он боялся и почитал, что не мешало ему творить злодеяния, свято веруя, что его дела угодны божеству. Ну, подумаешь, короля и герцога порешил и пару служанок изнасиловал. Зато обожаемую принцессу на трон возвел. Возможно, в розовых мечтах он видел себя на месте избранника принцессы, вот и лез из кожи вон, чтобы перед ней выслужиться. Страшный человек и где-то он сейчас разгуливал по свету.
После купания выяснилось, что в летнем дворце откуда-то знают, что столицу взяли войска Орфа. При умерших от отравления солдатах оказались монеты с гербом Сируна на обороте. Причем у очень многих. Такие монеты ходили лишь в Орфе. Более того, Глеф, которого караулили на воротах люди из гильдии воров, проследил за тем, куда отвезли Виктиму с дочкой и проник на территорию летнего дворца через тайных лаз под одной из стен среди ночи и принес много новой информации о событиях в столице.
Среди трофеев орфанских солдат опытный вор разглядел не только платья, похищенные длинноухими полукровками-женщинами из покоев принцессы, но и вино со склада с Йорширскими подарками и доспех капитана Марселя и много-много доспехов с гербами личных гвардий «лука», «замка», «кристалла» и «цапли». Те самые, что были на людях, которые сбежали из замка, испугавшись огненного мага, и обнаружились на перебивших друг друга воинах в зале совета.
Это наводило на мысль, что Марселю и последовавшим в их сторону гвардейцам не удалось вернуться в замок хозяев. Их встретила в пути армия Орфа и лишила доспехов, предварительно лишив голов.
Сопоставив эту информацию с данными, что были мне известны из целого дня наблюдений с башни замка, я пришел к выводу, что «цапля» и «ключ», за которых я болел, и есть та самая могучая орфская армия, что победив в битве всех вассалов Ардора, слегла от яда из Йоршира.
В свою очередь, я рассказал Бернарду, что Марсель по собственной инициативе разграбил поместье герцога Вартана и убил его супругу и слуг, доставив мне в качестве игрушки для развлечений графиню Лидию. А после этого, все четыре графа погибли от рук своей стражи, впавшей в безумие из-за артефакта, что применил граф Винсент де Ракул. Так как меня слушала Лидия, я аккуратно выпилил плохого себя из рассказа, свалив ответственность за устроенную резню на того, кто уже не сможет рассказать правду. В конце концов, не принеси Винсент этот опасный артефакт мне в руки, ничего этого бы не произошло. Я вообще не знал, что делает этот зеленый камушек, пока своими глазами не увидел, так что, чисто формально, моя совесть была чиста.
Призадумавшись над рассказанным, старик Бертран пришел к интересному выводу. По его словам, раз старые вассалы короля лишились жизни, то мне достаточно призвать их сыновей в королевский замок для принесения присяги верности и так я смогу быстро восстановить стойкое положении принцессы Теоны на троне. Наследники вассалов — могут отказаться и тогда будет понятно, кто из них мятежник, а кто желает и дальше служить короне и её интересам.
Собрав вокруг себя верных слуг, их можно отправить на подавление сепаратистов. Все наследники моих прошлых вассалов очень разные люди. Молодой наследник графа Лейкшора, Фин Лейкшор такой же нерешительный и мягкотелый, как и его отец, что очередной раз доказывало, что покрасовавшаяся перед королевским замком армия не имела к их графству никакого отношения. А сдача герба врагу попахивала изменой.
Наследник Ригбергов, молодой Рикот Ригберг — вспыльчив и самолюбив, но это следствие юношеского максимализма, а вот у сына Базла Морроу, Картавия Морроу проблемы с головой. Он был подавлен авторитетом отца, слыл тихоней себе на уме, что привело к формированию личности тирана и садиста. Он не так умен, как его отец, но очень расчетлив и жесток. Его стоит опасаться.