– Ах да! – теперь уже Ламерти источал сарказм. – Ваша исключительная добродетель не позволит вам разделить ложе с мужчиной, даже если предполагается всего лишь сон и ничего более. Вы, естественно, ждете, что я как истинный джентльмен должен довольствоваться креслом, уступив лучшее место даме? Так вот, не дождетесь! Не собираюсь потакать вашему ханжеству!
– Да я и не прошу, – как можно равнодушнее ответила Эмильенна, боясь в очередной раз разозлить своего непредсказуемого спутника.
– Вы – невыносимая гордячка, Эмильенна де Ноалье, и, к тому же, маленькая лицемерка, – Арман вынес этот приговор, стягивая сапоги и удобно растягиваясь на кровати. – Прошлой ночью вы спали в моих объятиях, а сегодня изображаете из себя чопорную недотрогу.
Эмильенна вспыхнула, уязвленная этим несправедливым обвинением.
−
Прошлой ночью я была не в силах пошевелиться, не то, что отстаивать свои принципы относительно того, что позволено девице в обществе мужчины, а что – нет. Не думала, что вы меня
этим попрекнете! – девушка была не на шутку обижена словами Ламерти, отчасти осознавая, что формально он прав.
−
Я отнюдь не попрекаю, а напротив, одобряю ваше вчерашнее поведение, в отличие от сегодняшнего. Впрочем, дело ваше – спите на кресле. Мне все равно.
После этой фразы, Арман окончательно умолк, повернулся на бок и закрыл глаза. Эмильенна же, в свою очередь, попыталась поудобнее устроиться в кресле, утешая себя тем, что так в любом случае лучше, чем спать на земле. Подобрав под себя ноги, и подперев щеку рукой, девушка попыталась заснуть. Однако ей это не удавалось. То ли дело было в неудобном кресле, то ли в обиде на спутника, но, несмотря на усталость, сон не шел к Эмили, заставляя ее вертеться в кресле так и этак, в расчете найти самое удобное положение. Старая мебель отвечала на эти попытки надрывным скрипом.
Очевидно именно этот скрип и вывел из себя Ламерти, который то ли не спал, то ли был разбужен тщетными стараниями девушки устроиться покомфортнее. Арман вскочил, как ужаленный, грубо схватил Эмили и швырнул ее на кровать.
−
Смотреть на вас тошно! Спите уже в гордом одиночестве, раз вы такая недотрога. Только не выводите меня своим молчаливым смиренным страданием! – с этими словами, молодой человек упал в кресло, откинулся на спинку и закрыл глаза, всем своим видом демонстрируя, что не желает слушать того, что может сказать по поводу произошедшего его спутница.
Однако Ламерти не спал, время от времени, он слегка приоткрывал веки, чтобы посмотреть на девушку, и вслушивался в ее дыхание. Примерно, через полчаса, убедившись, что Эмили спит сном праведницы, он встал и спокойно перешел обратно на кровать.
Проснувшись через несколько часов и обнаружив рядом мирно спящего Армана, девушка молниеносно вскочила с кровати.
−
Завидная прыть для человека, который еще сутки назад не мог сделать и шагу! – ехидно прокомментировал Ламерти, повернувшись в ее сторону. Он то ли притворялся спящим, то ли был разбужен резким движением Эмильенны.
−
Как вы могли?! Как вам не… Вы же сами… – девушка совсем запуталась в словах, задыхаясь от возмущения.
−
Разве я вам что-то обещал? – лениво вопросил в ответ Ламерти, поднимаясь с постели.
−
Но вы дали понять…– щеки Эмили пылали, но воинственный запал начал проходить, тем более, что она понимала всю бесполезность спора.
−
Да бросьте, – усмехнулся Арман почти добродушно. – И запомните на будущее, никогда не стоит мне верить.
−
Благодарю, – отозвалась девушка, стараясь вложить в ответ побольше холода и надменности. – Непременно запомню, можете не сомневаться.
Она так и осталась стоять на другом конце комнаты, тогда как Ламерти отошел к столу и начал рыться в своей сумке.
−
Значит так, раз мы все равно проснулись, я пойду прогуляюсь. Во-первых, надо разведать обстановку, во-вторых, запастись некоторыми необходимыми вещами.
−
Например? – Эмили еще не перестала гневаться, но заинтересованность взяла верх над чувством оскорбленного достоинства.
−
Например, другой одеждой, менее бросающейся в глаза и более подходящей для путешествия, кроме того, было бы неплохо раздобыть лошадей.
−
Но если мы пойдем в деревню… – начала было Эмильенна, но закончить фразу ей не дали.
−
Мы никуда не пойдем! – с нажимом на первое слово прервал ее Арман. – Пойду я, а вы будете послушной девочкой и подождете меня здесь. Если наши преследователи добрались до Суарсона, то мне будет гораздо проще избежать встречи с ними или ускользнуть от них в одиночестве, нежели в вашей компании.
−
Как знаете, – с деланной равнодушной покорностью отозвалась девушка, хотя блеск в глазах предательски выдавал направление мыслей Эмили.
Арман же замолчал на какое-то время, продолжая исследовать содержимое сумки, затем подошел к своей спутнице и вложил ей в руки стопку банкнот.
– Зачем это? – удивленно воззрилась на деньги Эмильенна.
– Затем, что я могу не вернуться, а оставлять вас без гроша и без шанса на дальнейшее выживание было бы подлостью даже для такого мерзавца как ваш покорный слуга, – Ламерти невесело усмехнулся. – Да, и кроме этого…
