Пронзившее меня внезапно удовольствие и испугало, и ошеломило. Я вырвалась и метнулась к спасительной двери трактира. В полутьме прихожей пробежала мимо изумленной Мамушки, вверх по лестнице. Лишь спокойствие и темнота комнаты немного успокоили меня.
«И чего я разнервничалась? Это был всего лишь поцелуй, можно и поспокойнее реагировать на простую вежливость Ли. Что, если он обидится на такое поведение? Сьерры не вырываются словно дикие лани!»
Не включая свет, я подошла к окну и глянула вниз. Там, возле своего карруса, все еще стоял герцог Винсент и задумчиво смотрел на окна второго этажа.
Субботнее утро только разгоралось, а я уже тряслась в фургоне крестьянина, который возвращался из города в родное селение. Я удобно устроилась на мешках из-под капусты и, щурясь от солнечных лучей, разглядывала изменившийся всего лишь за неделю лес. Ночные заморозки раскрасили деревья в цвета осени. Зябко кутаясь в накидку, я лениво размышляла, что не мешало бы купить пальто или плащ на меховой подстёжке.
«Вот получу деньги за заказ и как пойду шиковать в одёжном ряду!»
Замечтавшись, чуть не пропустила развилку, от которой начинается тропка к дому Сив. Заверив доброго старика, что не ошиблась и сходить мне нужно именно здесь, я сделала вид, будто направляюсь к тянущемуся вдоль леса просёлку, а сама нырнула на почти незаметную тропу среди деревьев. При свете дня я была здесь всего лишь раз и сейчас дивилась, как по такой узкой стежке прошла четвёрка наалов, волочивших довольно громоздкую карету? Иначе как волшебством это не объяснишь — вековые, в три обхвата деревья плотно обступили тропинку.
«Правильно ли я запомнила путь? Еще заплутаю здесь!»
Я двигалась вперед довольно нерешительно — то оглядываясь, то останавливаясь и прислушиваясь, готовая повернуть назад при первых сомнениях. Каждый нерв был взвинчен до предела. Но я полагалась на слова травницы, что на тропе никакой опасности не грозит.
Вдруг прямо под ноги из леса выкатился серый клубок шерсти. Я вскрикнула и отскочила, готовясь к отражению атаки дикого зверя, но тут на меня глянули знакомые янтарные глаза и раздалось басовитое «Мяу-у-у-у!».
— Ох! Вот напугал! — простонала я и тут же умиленно воскликнула: — Мяу, ты меня встречаешь, умница!
Я присела и протянула руки к пушистику. Фамильяр снисходительно подошёл и потёрся о протянутую ладонь. Шерстка была холодной, что неудивительно в такое морозное утро.
— Милый Мяу, я так скучаю! Почему ты покинул меня?
Ответа я, конечно, не рассчитывала услышать, но громкого урчания мне было достаточно. Мяу тоже рад меня видеть, это отрадно.
Уже безбоязненно я зашагала по тропинке вслед за пушистым питомцем. И тут впервые заметила, что он припадает на одну лапку.
— Ты лапу поранил? Как?
Лишь раздражённо дрогнувшее ухо свидетельствовало, что мой вопрос услышали. Мне оставалось гадать, что послужило причиной травмы. Сив забрала фамильяра сразу после того, как я (по приглашению) и Мяу (тайком) побывали в доме герцога. Старуха говорила что-то об опасности для питомца. И, действительно, вслед за этим явился лорд-инквизитор. Он обыскивал лавку и мастерскую в поисках моего питомца. Благодаря данному старой травницей амулету, ди’Хеллиг решил, что наша связь разорвана и фамильяр покинул меня. Тогда мне было сложно сделать выводы, но сейчас, глядя на не совсем уверенную походку пушистого приятеля, я сопоставила факты:
— Тебя ранили в столице? Но каким образом? Ведь ты невидимый для остальных. Что ты там натворил?
Зверь, которого лесная травница называла не иначе как странник, внезапно остановился и чуть прищуренными глазами взглянул на меня через плечо.
«Показалось, или в его зрачках действительно клубится тьма?»
Я вдруг оробела и тоже остановилась.
— Знаю, ты можешь быть очень страшным, Мяу. Тебе ведь как-то удалось напугать тех бандитов, что похитили меня. Но герцог — мой друг. Не хочу, чтобы ты причинил ему вред. Также я не желаю, чтобы он причинял вред тебе. Вы оба дороги мне.
Мяу отвернулся, и тем же порядком мы вновь зашагали по узкой лесной тропе. Только день больше не казался празднично-ярким и радостным. На душе противными анурами копошились подозрения.
«Нужно поговорить начистоту с Сив, ей что-то известно, это точно. Ненавижу, когда меня пытаются использовать, а, похоже, это и произошло».
Однако решить, не значит, сделать. Едва я заговорила на эту тему со старой травницей, та перевела разговор на другое, а там мы перешли на травы и окончательно удалились от неприятных объяснений.