Я возвращался в пустой замок все реже. Больше для разнообразия, чем ради необходимости и воспоминаний. Возвращался, нехотя получал из женских рук очередной «волшебный эликсир» или заклятье, которое, естественно, опять не помогало, и улетал по своим, уже драконьим делам.
Сокровища.
Полеты.
Весь мир под брюхом.
Ощущение свободы.
В моей новой жизни оказалось достаточно удовольствия. Настолько достаточно, что я нет-нет да и думал, насколько удачно все сложилось.
А следующие годы и вовсе не думал.
Я - дракон, единственное отличие которого от прочих в том, что он не ест людей. Который не делится этой ценной информацией ни с кем. Мне нравился тот страх и тот почет, который я видел в воплях и отторжении людей…
У меня все хорошо было! Пока она не позвала…
И теперь я не могу разобраться, это мое «хорошо», оно оказалось надуманным что ли? Раз я все чаще чувствую то, что дракон чувствовать не должен?
Как будто человек внутри меня, тот, кто был рожден человеком, уже победил дракона?
Желание обнять.
Вдохнуть запах.
Защитить.
Стать лучше рядом с ней, чтобы только не смотрела с брезгливым недоумением, страхом или неприязнью…
Я злюсь на принцессу. И да, порой хочу сказать ей гадость из-за этой злости. И да, порой говорю. Даже делаю. Хочу, чтобы она тоже почувствовала… мне нелегко дается.
Потом злюсь на себя, если мне это удается.
А вот сейчас как злиться? После ее слов?
То, что я чувствую, это не злость. Это страх. И не понятно мне, чего я боюсь. Может быть того, что никакие ее или мои чувства ничего не изменят? И до конца жизни я останусь лишь драконом при принцессе?
Ирмэль уходит к себе, а я улетаю.
Я отправляюсь в полет все с той же частотой, что и прежде. Но раньше я улетал, потому что мне это нравилось. Сейчас - потому что мне слишком сложно находиться в замке долго. И вспоминать… Вспоминать о своем детстве, о своей жизни до, о себе.
- Явился.
Ведьма выходит поутру из своей лачуги и морщится, завидев меня. У Гриды - несколько таких «домов». В разных местах. Этот - самый дальний.
Ведьмы не задерживаются подолгу в одном королевстве. Не только из-за того, что боятся сожжения. Поди еще, поймай ведьму…
Им по природе предназначено постоянно бежать. Идти. От чего-то или к чему-то. И только сейчас, после всех этих ситуаций с принцессой, я понимаю, что конкретно эта ведьма задержалась возле меня какое-то совсем уж неприличное время.
- Почему? - задаю единственный вопрос.
- Ты знаешь, - хмыкает недобро.
И правда знаю.
Теперь - да.
Может и раньше знал, но мне не было это интересно. Сейчас же… сейчас интересно, но вовсе не в том смысле, что я готов что-то делать с ее чувствами.
- Только скажи… Ты действительно старалась обратить меня снова или все эти попытки - лишь игра?
- Ты появился спустя столько времени, чтобы упрекнуть меня в чем-то?
- А ты продолжаешь сидеть здесь в надежде, что по другим причинам?
Вскидывается.
И вдруг хрипло и горько смеется, обхватив себя руками:
- Жестокий, жестокий принц. Ничего не изменилось. Ты наказан за это. И я уже десять лет наказана, что решила стать Судьбой… Жестокий принц. Со всеми, кроме нее…
Замираю.
Мне не всегда легко понимать и думать об этом, но сейчас я понимаю, о чем Грида говорит. И правда… я могу злиться и ругаться на принцессу, но я никогда не был с ней по настоящему жестоким. Хоть в действиях, хоть на словах.
- Отпусти меня, Лэдгар. Отпусти, наконец.
- Я никогда и не держал тебя.
- Ты прав, я сама себя привязала. Но отвязать так и не нахожу способ, - она вдруг задумывается о чем-то, глядя вдаль, - Я действительно пыталась помочь и сделать тебя снова человеком. Признаю - не вышло. Может у твоей принцесски получится… но я не пожелаю этого вам. И время на исходе.
- Ты тоже можешь быть жестокой, - внутри что-то екает от безысходности.
- Поверь мне, ты не знаешь, насколько… Улетай Лэдгар.
- Мне и правда пора. И я больше не вернусь.
- Я знаю.
Резко срываюсь с места, вверх, и в воздухе поворачиваю к замку. Но потом - в противоположную сторону.
Мне хочется торопиться. Потому что я осознаю - внезапно - что время и правда на исходе. А я принял решение.
Только сначала мне надо кое-что сделать.
Скрижовичи оказались лишь первой ласточкой.
То ли продажный менестрель пробежался по всем нашим соседям, то ли это давно назревало, а владельцы рудников оказались храбрее прочих - прочие же сначала проверили, что те вернулись, и отправились сами в путь. То ли система связи и доносов здесь работает лучше, чем я себе представляла…
Началось, в общем.
Делегации следовали одна за одной.
С подарками и без, с предложениями и без: из серии «мне просто посмотреть» и «я только спросить». Ближние и дальние, южные и северные. Дружные между собой и не очень - с их слов могу судить, конечно.
Самые разные.
Слишком разные, чтобы я уличала их в какой-то единой враждебной политике по отношению к замку и слишком одинаковые, чтобы я к пятому визиту не начала путаться без записей.
Зерно мне кто предлагал? Такой грузный брюнет с завитыми усиками? Или представитель самого дальнего княжества?
