- Не знаю. - Олизон сам на себя не был похож. Растерянный, несчастный, ничего не понимающий. - По какому праву у меня могли отнять силу. Я что для хранителей простой мальчишка заигравшийся в чародея? - возмущался Джеймс.
- Никто силу у вас не отнимал. Всего лишь временная блокировка, - уточнила принцесса, - когда время придет, её с вас снимут. А вы что думали, граф. На чужой территории ходить полноправным королем. Если стражи так поступили, значит вы переступили границы дозволенного, нарушили приделы свой компетенции. Что вы вообще делаете в третьем измерении?
- Пустяковые дела, - ответил Джеймс, - Я увлекся процессом изучения определенного человеческого поведения. Внимание мое привлекают в основном бизнесмены и предприниматели. Дело в том, что у них особый тип мышления, работа разума не совсем такая как у остальных, да и эмоциональный фон довольно интересен. Иногда я позволяю себе ставить их в нужные мне ситуации и смотрю что из этого выходит. Поверьте, на это у меня есть разрешение из суда Девяти Миров. Я ничего запретного не совершал. Не в третьем, не в каком либо другом измерении. Последние года я примерный житель земли.
- Тогда почему хранители с вами беседовали? - вопрос прозвучал некорректно, но Олизон на него ответил.
- Стражи приходили по другому поводу. У нас был нелегкий разговор, но к делу он точно не имеет никакого отношения.
Граф замолчал. Они стояли у машины Лики.
- Анжелика, я вас не понимаю, - после раздумий сказал Джеймс. - Сегодня была прекрасная возможность отправить меня на тот свет. Не своими руками к тому же. Насколько я помню, вы собирались не совершать в жизни ни одного страшного преступления. Почему сегодня, когда произошел захват, вы бросились ко мне на помощь, будто к старому другу, а не врагу. Я отлично знаю, как тяжело и сколько сил требует установка защиты того уровня, которого вы мне поставили. Я видел, вы старались огородить всех. Но это другое. Мне вы поставили щит, который обычно маги ставят исключительно для себя. А вы так быстро отреагировали, потом еще и обезвредили коротышку так профессионально.
- Вот именно, профессионально, - подхватила Лика. - Я не хочу выяснять кто кого почему спасает. Я работала. Выполняла свой долг. Сегодня вы перестали быть магом и превратились в обычного незащищенного человека. Спасать людей - смысл моей профессии. Как в прямом так и в переносном смысле.
- Хорошие профессии вы для себя выбрали, принцесса Анжелика, - заметил Олизон. - Ваш талант я отметил на обеих специальностях. Как психолог вы можете выслушать с холодным спокойствием то, от чего другой бы человек в бешенство пришел. Как спасатель вы спасаете всех кому угрожает опасность, будь это даже ваш кровный враг. Я не люблю быть обязанным, не могу благодарить. Но вынужден признать, перед вами я остаюсь в долгу.
Граф учтиво поклонился и быстро пошел по направлению шоссе. Ему надо было осознать реальность третьего мира.
Сегодня его чуть не убили самым обычным примитивным образом. Ножом. Олизону сложнее всего было понять именно это. Верховного мага - скучным легкодоступным орудием.
Поступок принцессы занимал отдельное место во всей истории.
Она спасла его.
Принцесса Красстраны должна была уничтожить темного мага. Так гласило придание. Вместо этого она его спасла и по-видимому нисколько не жалела о случайном деянии. Даже если она и привыкла спасать жизни людей, ведь маг был с ней в других отношениях, чем простые люди нежелающие ей зла. Анжелика - единственный человек, который по-настоящему мог хотеть ему смерти, имел на это право, но она этого не делала.
Пока Олизон раздумывал над сложностью поступка принцессы, Лика доехала до дома. Поставила машину в гараж и вошла в коттедж через кухню.
Бабушка месила тесто и неодобрительно посмотрела на внучку.
- Знаю. Я ужасно поступила. Обещала на часик, а пропала на четыре. - Анжелика направилась к двери в коридор. - Я сейчас переоденусь и всё сделаю, хорошо?
- Приходи скорее, - проворчала Елизавета Дмитриевна и выключила небольшой телевизор, висевший под потолком.
Лика быстро умылась, надела домашний халат и поспешила вернуться на кухню.
- Бабушка, прости, не сердись, - взмолилась она, усаживаясь за стол и приступая к очистке картофеля.
- Я не сержусь, - грубовато ответила Елизавета Дмитриевна. - Даже не скучала. Новости смотрела. Ты знаешь, на Волоколамском шоссе террористы кафе захватили. Пострадавших нет. Все живы.
Лика молчала, пристально смотря на родственницу. Если та в курсе событий, то лучше и не врать.
- Я видела тебя в репортаже, мельком правда, - продолжала бабушка. - Журналисты сказали, что заложников спасли двое сотрудников МЮПАРФ.
- И что? - равнодушно спросила девушка.
- Ничего. Имена героев назвали и сказали, что им благодарность выскажут на работе. Лика, может объяснишь наконец, где ты работаешь?
Внучка тяжко вздохнула.
