– Начало не очень хорошее, – заметил отец, встав рядом с ней у окна.
– М-м-м? – только и смогла промычать Неле.
Это было очень мягко сказано.
– Ты сможешь присмотреть за ней? С тобой она скорее начнёт разговаривать, чем со мной.
– О чём говорят с принцессами, которые взрывают микроволновки? – пробурчала Неле. – И как она вообще смогла это сделать? Ты можешь мне это объяснить, папа?
– К сожалению, я не имею права разглашать эту информацию, – только и ответил он.
Неле непонимающе посмотрела на него.
– Эй! Если мне придётся жить рядом с ней, то мне полагается знать! Вдруг подвергать других людей опасности – это её общественно-опасное хобби?
– Нет, – решительно отрезал он. – Чем меньше ты знаешь, тем лучше. И нет в ней ничего «общественно-опасного». Неле, я всё ещё надеюсь на твою помощь. Очень важно, чтобы Ромина, пока живёт у нас, чувствовала себя хорошо.
– Надолго она останется у нас?
Папа только молча взглянул на неё.
– То, что случилось с микроволновкой, это была магия? – продолжила дальше свой допрос Неле. – Что ещё она умеет? Может, из её рта падают цветы? Или она забирается на башни по своим золотым волосам?
– Она происходит из благородного и древнего рода Винтеров.
– Значит, цветы изо рта она будет выплёвывать с особым изяществом? – съязвила Неле.
Как же её раздражала эта его постоянная напускная таинственность!
– Я очень тебя прошу, – настойчиво повторил отец, – присмотри за ней.
– Ладно-ладно, – ответила Неле. – Тогда я её сама обо всём спрошу.
– Нет, пожалуйста, только не делай этого, – быстро возразил папа. – На неё и так слишком много всего свалилось.
– Ну ла-а-а-адно.
Пороворчав, Неле медленно направилась к выходу в сад.
– Эй! Ромина Кассандра Эмма Винтер, Третья! Тебе не нужна… ну, я не знаю… щётка, например?
Щётка? Как по-дурацки это прозвучало! Хотя, а что ей оставалось у неё спрашивать? Наверняка у принцессы в её королевском багаже была припасена щётка из шерсти благородного единорога ручной работы.
– Элеонор, – поправила Ромина. – Не Эмма. Меня назвали в честь моей прапрапрапрабабушки.
– Это что, у принцесс так принято, иметь столько имён? – поинтересовалась Неле.
– Это настоящая честь: быть названой в память о многих мужественных представительницах нашей семьи. Из нашего рода происходят поистине великие люди.
Всё это прозвучало как цитата из Википедии! Может, там даже была статья про этих Винтеров?
– Хорошо-хорошо, а как тебя называют твои подруги?
– Ромина Кассандра Элеонор…
– Нет, да ты шутишь! – резко перебила её Неле.
Она представила себе, как на какой-нибудь встрече толпа принцесс вынуждена целый час стоять в изящном королевском коридоре, потому что каждая из них должна сначала произнести свои сто пятьдесят тысяч имён.
– А тебя? Как тебя называют подруги? – спросила Ромина.
– Как-как… Неле, – ответила она. – Ну… а какого-нибудь прозвища у тебя нет?
Ромина скептически подняла одну бровь.
– Прозвища?
– Ну да. Папа сказал, что ты будешь жить здесь под прикрытием, поэтому на время тебе нужно какое-то другое имя. – Неле сморщила нос, задумавшись. – Как насчёт, например…Касси? Или Элли? Нет, лучше… Роми!
Принцесса раздражённо закатила глаза.
– Это имена для простолюдинов!
Неле пожала плечами.
– Нет так нет. Пойдём в дом? А то вдруг ещё синицы прилетят? Или кукушки? Или…голуби.
Ромина недовольно засопела.
– Ты думаешь, что я ненормальная? Голуби абсолютно безобидные птицы!
– По сравнению с микроволновками, ага? – не удержалась от шутки Неле.
– Это была… случайность!
Щёки Ромины отчаянно покраснели. Насупившись, девочка развернулась и потопала обратно в дом. Вот что-что, а изображать из себя обиженную принцессу она умела превосходно!
На кухне папа как раз выкладывал на стол целый набор продуктов.
– Время для пиццы. Это же наша традиция, – воодушевлённо сказал он.
У Неле похолодело в животе. Конечно, папа хотел просто немножко поднять всем настроение. Но это же была
Она взглянула на Ромину. Конечно, принцесса ничего не знала об их традициях, но, несмотря на это, Неле почувствовала, как в её душе растёт злость на эту ненормальную.
Ромина наклонилась к тостеру и в испуге схватилась за голову, всхлипнув:
– Мои чудесные волосы!
– Твою прическу всё равно пришлось бы менять, – сказал на это отец. – По пути сюда мы с тобой уже говорили об этом. Меняем внешность, меняем имя.
Принцесса покачнулась назад. Неле инстинктивно пододвинула ей один из стульев, чтобы Ромина могла театрально на него плюхнуться. Она закрыла лицо руками.
– Я этого не хочу! – задрожав, воскликнула девочка.
Неле прекрасно понимала её. Кто добровольно мог согласиться сделать что-то со своими волосами?
