– Я очень хорошо умею читать! – обиженно ответила Ромина. – Я владею тринадцатью различными языками. К тому же я была лучшей ученицей синьора Лагуатина!
– Вот и убирайся назад к своему синьору, пусть он научит тебя языку нормальных людей! А эта комната – моя!
– Красивой эту комнату назвать невозможно, – заметила принцесса, – как и весь ваш дом.
Неле от возмущения открыла было рот, но не смогла промолвить ни слова. Их дом был просто прекрасен! Второй этаж полностью принадлежал папе: там была его спальня, ванная и рабочий кабинет. Третий этаж был полностью в её распоряжении. Почти полностью. Тут ещё была кладовка, забитая тренажёрами.
Неле безумно нравилось, что здесь, наверху, ей никто никогда не мешал. А когда она по ночам сидела у окна, то даже могла увидеть над крышами соседних домов звёзды.
Она фыркнула:
– И это ты пытаешься рассказать мне про манеры?
– Я знаю Манифест манерных манер наизусть!
– Что? Звучит абсолютно по-дурацки!
– Все принцессы должны знать его.
Вот опять: принцесса. Это же просто смешно!
Её папа, конечно, постоянно имел дело с самыми необычными людьми, но он никогда бы не притащил никакую принцессу в такой скучный провинциальный городишко, как Купферберг, а уж к ним домой и подавно. Кроме того, разве принцессы не должны быть вежливыми, умными и приветливыми?
Золушка не жаловалась, даже разбирая горох! Ромина могла быть разве что принцессой из династии Нытьёвых-Жалобно-Недружелюбных.
– Если ты и правда принцесса какой-то там… Мазупилании, то что ты делаешь здесь, в этой дурацкой маленькой комнатке, а? – с вызовом спросила Неле.
–
– От всех твоих имён действительно можно получить взрыв мозга, – проворчала в ответ Неле.
– Девочки! Спуститесь, пожалуйста! – крикнул папа, который уже потихоньку терял терпение.
Неле вырвала из рук Ромины тетрадку с записью футбольных стратегий.
– Только после вас, ваше королевское величество номер три, – передразнила она нежданную гостью таким же, как у неё, высокомерным тоном.
– Ладно, можешь ко мне так обращаться! – воодушевлённо согласилась Ромина и выплыла из комнаты.
Неле закатила глаза и пошла за ней.
Кажется, скоро станет ещё веселее!
Ромина спускалась по лестнице не как все нормальные люди, а словно умирающий лебедь, медленно плыла со ступеньки на ступеньку. При этом она часто останавливалась и оглядывалась. Неле недоумевала: к чему всё это? Ведь они не на параде, где нужно поддерживать зрительный контакт с подданными! По крайней мере, здесь смотреть было абсолютно не на что.
В гостиной Ромина сделала реверанс перед отцом Неле, прежде чем та успела утащить её к дивану и усесться рядом с ней. Она полностью проигнорировала возмущенное пыхтенье принцессы Как-её-там.
– Папа, объясни уже, что происходит. Что это за спектакль? Где ты был? Почему она здесь? И кто эта девчонка с поехавшей кукушкой?
При упоминании слова «кукушка» Ромина пригнулась и прикрыла голову руками, будто ожидая нападения сверху.
– Горе мне!
Неле нахмурилась. Даже её бабушка никогда не говорила ничего подобного вроде: «Горе мне».
– У тебя что, орнитофобия? То есть ты птиц боишься? – спросила у неё Неле.
– В Марабеле, откуда Ромина родом, некоторых животных и птиц используют в качестве шпионов, – объяснил отец. – Но здесь, у нас, для Ромины нет опасности!
Животные – шпионы? Это где такое может быть?
Ромина неуверенно оглянулась:
– Вы уверены, агент Вольф?
– Я же тебе говорил, что ты можешь называть меня Конрадом. Да, я полностью уверен, что здесь безопасно.
Неле с удивлением искоса посмотрела на Ромину. Это что, всё серьёзно? Или это был просто любительский спектакль? Она взяла стакан с соком и сделала пару глотков. Ромина посмотрела на неё и повторила её действие, вот только, взяв стакан, она оттопырила мизинчик так, будто была приглашена на чай к английской королеве.
– Тебе не понравилось? – спросила Неле, потому что увидела, что Ромина сделала лишь маленький глоточек. Принцесса тут же подавилась, закашлялась, а когда хотела быстро поставить стакан на стол, то случайно перевернула его. Всё содержимое тут же разлилось огромной лужей по всему столу.
– Ох, мне ужасно жаль! – сказала Ромина, но не сделала даже попытки убрать за собой. Неле уже хотела сделать это сама, но тут папа указал в направлении кухни.
– Ты не могла бы принести с кухни тряпку? Они лежат прямо под раковиной.
К удивлению Неле, смотрел он при этом на Ромину. Та, немного подумав, не ниже ли это её достоинства (или что она там ещё могла подумать), вежливо улыбнулась и молча вышла из гостиной.
– Она и правда такая? Или просто притворяется? – невольно вырвалось у Неле.
– Её так воспитали, – ответил папа, и в его взгляде была такая серьёзность, что по спине побежали мурашки. Неле села прямо.
– Она утверждает, что она якобы принцесса… это правда?
