— Алло, — раздался его голос в противоположной комнате. — Николай Илларионович, Ермолаев беспокоит.
— Что он собирается делать? — тихо спросила Вячеслава Аня.
— Я-то откуда знаю, — пожал он плечами и приготовился внимательно слушать разговор.
— Нет, нет с Вячеславом все в порядке. Нет, мы не забираем документы из школы. Какая еще драка с Москаленко? Ладно, я с ним поговорю. У меня есть к вам просьба. Проездом ко мне заехала племянница. Ее нужно устроить в школу, помниться на собрании вы говорили, что 10 Б не полностью укомплектован. Возможно, принести документы? Нет, девушка замечательная. Когда? Прекрасно, мы будем через два часа.
— Куда вы звонили? — после этого разговора спросила Аня.
— Моему директору, — ответил Слава.
— И он был тобой очень недоволен, — сурово сказал Иван Сергеевич. — Но об этом мы с тобой позже поговорим. Вас же Аня, я почти устроил в школу. Нужно только прийти с документами к ним.
— А как же бабушка? — изумилась Аня.
— Обещай мне, что во всем признаешься ей. Походишь неделю, а там посмотрим. Может и уйти захочешь, — вздохнул дед, очевидно решение далось ему нелегко.
Юлиана расцвела в улыбке. Слава посмотрел на нее и понял, что она сейчас очень счастлива.
— Иван Сергеевич, спасибо вам огромное! Я обязательно все расскажу ей, только позже, — накинулась она с объятиями на Ивана Сергеевича.
— Ну, все, все, — успокоил он ее, поглаживая, по спине. — Но помни, если через неделю она не будет знать об этом, мне придется самому пойти к ней и во всем признаться…
Передать насколько была счастлива Аня было невозможно. Вроде она была не маленькая, но радовалась первому походу в школу как ребенок.
— Наверное, она того, — думал про себя Ермолаев, когда смотрел на Аню, подбирающую тетради, ручки и всякую прочую лабуду.
— У нас ходят в форме, — напомнил ей Слава.
— Да? — удивилась она. — Помню, когда увидела тебя впервые на тебе были черные джинсы и легкая куртка.
— Черный низ, белый верх, — продолжал он. — И учебники тебе придется взять в библиотеке.
— Точно, — сказала Аня. — Только бабушка ни в коем случае не должна их увидеть. И как быть?
— Оставишь их у меня, — предложил Слава. — Их много, такую стопку не спрятать. Да и уроки удобнее делать вдвоем.
— Ты предлагаешь мне заниматься с тобой?
— Ну да, — пожал он плечами. — Хоть ты мне и не понятна, и в какое-то время была даже неприятна. Однако я думаю, что тебе нужна помощь. Хотя я был против этой затеи еще с самого начала.
— Ты всегда против, — пожаловалась Аня. — Но будет же здорово учиться вместе?
— Не думаю, — пробормотал он.
— Все — таки хорошо, что Иван Сергеевич согласился помочь мне? И как он с директором разговаривал, ты бы только видел.
— Николай Илларионович добрый, — ухмыльнулся Слава. — Он моему деду на слово верит, да и вообще всем на слово верит. Вот только у меня вопрос. Как ты признаешься Василисе Потаповне о том, что посещаешь мою школу?
Аня приуныла. Только мысль о том, что ее единственный близкий человек оказался обманутым мешала ей радоваться. Наверное, Иван Сергеевич был прав, нужно было поговорить с ней с самого начала. Однако дороги назад теперь нет.
— Я не знаю, — честно призналась Аня, сев рядом со Славой на маленькой магазинный пуфик.
— Но ты понимаешь, что рано или поздно она узнает об этом.
— Понимаю, — согласилась она. — Но, пойми, она бы не за что на это не согласилась. А мне очень хочется развиваться, общаться с другими людьми.
— Ань, да она в любом случае узнает, а если ты ей все расскажешь тебе будет лучше.
— Может Иван…
— Нет, — перебил ее Ермолаев. — Мой дед ничего не будет за тебя говорить. Он тебе и так уже помог, выполнил твою просьбу. Дальше ты должна сама решать свои проблемы.
— А ты так рвешься мне помочь, — с издевкой сказала Аня.
— Не язви, — отмахнулся от нее Слава. — Я к тебе не навязывался, скорее наоборот, и запомни, в школе мы просто дальние родственники и особо друг друга не знаем, и не общаемся. Поняла?
— Поняла. Но почему ты так не хочешь общаться со мной?
— Ну… не знаю…не хочу, наверное.
Вячеслав не мог объяснить того, почему он общался с Юлианой свободно, но при этом не испытывал к ней абсолютно ничего. Однако он даже и не подозревал какие чувства будут его одолевать в будущем…
Этот четверг должен был быть для Киры Анатольевны самым обычным днем. Никаких изменений, никаких потрясений и тем, более должна была отсутствовать бумажная волокита, которую она не могла терпеть больше всего на свете. Однако у директора были совершенно другие планы на счет этого дня, о чем он и поспешил доложить перед первым уроком:
— В вашем классе появиться новая ученица.
— Какая еще новая ученица? — возмутилась Кира Анатольевна. — Учебный год только начался!
— Ну, какая нам разница? Главное, что не конец, — возразил директор.
Если сказать, что учительница находилась в не лучшем расположении духа, означало не сказать абсолютно ничего. Она была готова в ту же секунду сказать директору все, что о нем думает и написать заявление об увольнении, но отчего-то сдержалась.
