Сын Неба сбирает войска.
В двенадцати свитках рекрутов списки,
И в каждом имя отца моего.
Отец мой сыночка еще не взрастил,
И старшего братца не знала Мулань.
Куплю я себе скакуна и седло,
И в армию вместо отца я пойду."
На Восточном Рынке она резвого купила коня,
На Западном Рынке она купила добро седло,
На Южном Рынке она купила шелкову узду,
На Северном Рынке она купила длинную плеть.
Покинув вечерней порой и мать, и отца на года,
Заночевала она на берегу Хуанхэ
Не слышит она отцовский зов, не слышит матушки крик,
А слышит только, как Хуанхэ бурные воды несет.
На рассвете с места она снялась, покинула берег реки,
А к вечеру прискакала она к мрачным Черным Горам.
Не слышит она отцовский зов, не слышит матушки крик,
А слышит только, как ржут в горах кони кочевников Йень.
Проехала сотни тысяч
Будто на крыльях летела она по долам и по горам.
Северный ветер несет оружия громкий звон,
Свет холодный блестит на доспехах стальных.
Генералы погибли уже в сотнях жестоких битв,
Но за двенадцать лет пыл бойцов не угас.
А после победы ее Сын Неба сам принимал
Он восседал тогда в великолепном дворце.
Он раздавал чины двенадцати степеней
И сотням тысяч бойцов награды свои вручал.
Спросил Сын Неба, чего в награду хочет она.
"Мулань не желает себе ни наград, ни чинов,
А хочет умчаться скорее теперь
К себе, под родимый кров."
Услышали вскоре отец и мать, что дочка вернется домой -
Они поспешили к стенам городским, чтоб крепче ее обнять.
Услышала старшая вскоре сестра, что младшая едет домой -
Накрасилась, принарядилась она и стала ждать у дверей.
Услышал вскоре и младший брат, что едет сестрица домой -
Он ножик длинный тогда наточил, стал резать свиней и овец.
"Я открою в западной комнате дверь,
В восточной присяду я.
Сниму на время доспехи свои
И платье одену вновь.
Взобью прическу как облако я, сидя лицом к окну,
И в зеркало глядя, припудрю лицо цветочною желтой пыльцой.
А после выйду к друзьям боевым
Они пораскроют рты -
Двенадцать лет бились вместе со мной,
Не зная, что девушка я.
У кролика длинные ножки резвы,
С поволокой крольчихи глаза.
Бок о бок скачут они по земле,
Не зная, кто он, кто она."(1)
(1) Перевод с китайского мой. - К. К.
Эту древнюю китайскую оду, написанную неизвестным автором еще в шестом веке, Зорти знала наизусть с самого раннего детства. Собственно, это было первое, что она прочла по-китайски, и с чего начала учить иероглифы. А вот старые мультики о Мулань принцесса не любила. В конце двадцатого века почему-то было снято очень много рисованных фильмов о ней, и все они, а не только диснеевский, искажали историю. Был даже совсем дурацкий мультик "Тайна Мулань", где людей заменяли насекомые, а главная героиня стала гусеницей. Принцесса никак не могла понять - зачем люди берутся за святое дело, когда не ощущают всю его святость, а хотят за счет великого выразить какие-то свои завихрения.
