– Вы правы, сэр, – согласился Геркаймер. – Для него победа означает только одно: завладеть идеей Судьбы и наделить особой, исключительной Судьбой человека, и только человека!
– Именно это ему и нужно, – добавила Ева. – Не сама идея Судьбы (потому что ни один человек не поверит в нее так, как поверит андроид) – ему нужно, чтобы люди уверились в своей исключительности до такой степени, что не успокоились бы, пока не завоевали всю Вселенную.
– До тех пор пока мы в силах противостоять Тревору, – подчеркнул Геркаймер, – мы можем считать, что победа за нами. Но равновесие так зыбко, что малейшая оплошность с той или другой стороны… Нам необходимо новое оружие. Только это может принести настоящую победу.
– У меня есть такое оружие, – тихо, но твердо сказал Саттон. – Но я не представляю, как его можно использовать… – Ева и Геркаймер вопросительно молчали, и Саттон продолжал: – Увы, в единственном экземпляре. Нельзя же выиграть войну с одной винтовкой?!
За углом послышался быстрый топот. Все обернулись: к ним бежал андроид. Одежда его была покрыта пылью, лицо раскраснелось от бега. Он остановился и, тяжело дыша, оперся о край стола.
– Они пытались задержать меня, – задыхаясь, выговорил он. – Дом окружен!
– Эндрю, ты идиот! – рявкнул Геркаймер. – Зачем тебе понадобилось бежать? Они же догадаются!
– Они узнали про Колыбель, – выдохнул Эндрю.
Геркаймер вскочил, опрокинул стул. Лицо его исказила гневная гримаса. Он побледнел так, что татуировка на лбу выступила четче, чем обычно.
– Они узнали где?..
Эндрю замотал головой:
– Нет-нет, они не знают. Они знают, что она есть. Узнали только что. У нас еще есть время.
– Нам придется отозвать с заданий все корабли! Вызвать всех сотрудников из кризисных точек!
– Нельзя! – крикнула Ева. – Они ведь именно этого и добиваются. Это единственное, что их сдерживает!
– У нас нет выбора, – отчаянно выговорил Геркаймер. – Нет! Если они разрушат Колыбель…
– Геркаймер, – срывающимся шепотом проговорила Ева. – Метка!!!
Эндрю дико взглянул на нее, сделал шаг назад. Рука Геркаймера скользнула в карман. Эндрю опрометью бросился к ограде.
Нож в руке Геркаймера сверкнул на солнце. Резкий бросок – нож устремился вслед убегающему андроиду. Тот упал лицом на землю, не добежав двух метров до забора. Нож по рукоятку вошел ему в шею.
– Вам никогда не приходило в голову, сэр, – спросил Геркаймер, – какую роль иногда могут сыграть самые незначительные с виду мелочи? – Он дотронулся носком ботинка до безжизненного тела. – Отлично… Просто отлично у него все получилось. Только метку забыл замазать, а так сработано было просто превосходно. Знаете, так делают многие андроиды, но это мало помогает. Проходит немного времени, и метка начинает просвечивать.
– А для вас что означает эта косметика?
– Для нас это вроде пароля. Наши агенты, когда приходят с сообщениями, замазывают метку жидкой пудрой.
– Это так просто, – сказала Ева, – что никому и в голову не приходит, что мы этим пользуемся.
Саттон кивнул:
– Значит, это был человек Тревора?
Геркаймер кивнул в ответ:
– Послали, чтобы выкурить нас отсюда. Думали, мы бросимся спасать Колыбель!
– А эта Колыбель…
– Но это означает, – прервала Саттона Ева, – что Тревор знает про Колыбель и теперь не успокоится, пока не найдет ее! А тогда…
Геркаймер жестом остановил ее.
– Что происходит? – спросил Саттон.
Что-то было не так. Куда-то исчезло дружелюбие, доверие и даже единство цели. Все испортил андроид, который вбежал как сумасшедший и болтал про какую-то Колыбель.
Инстинктивно сознание Саттона потянулось к мозгу Геркаймера, но он твердо остановил его. С друзьями этот номер не годится.
– Ну так, черт подери, что происходит? Объясните мне наконец!
– Сэр, – тихо сказал Геркаймер, глядя себе под ноги, – вы человек, а тут дела андроидов.
Несколько мгновений Саттон стоял не шевелясь, переваривая смысл его слов. Внутри него закипала ярость. Затем спокойно, как будто только об этом и думал, он сжал кулак и нанес Геркаймеру сокрушительный удар в челюсть.
Удар был силен. Саттон вложил в него не только физическую силу, но и весь гнев, переполнявший его. Геркаймер тяжело рухнул наземь.
– Эш! – вскрикнула Ева. – Эш!
Андроид приподнялся, сел, закрыл лицо руками. Меж пальцев сочилась кровь.
– Я не продал Судьбу, – задыхаясь, проревел Саттон. – И не собираюсь! Хотя, боже правый, вы это заслужили!
– Эш, – умоляюще проговорила Ева, – мы должны быть уверены…
– Как я могу доказать? Как, если вы не верите?
– Это твой народ, Эш, – сказала Ева. – Твой. Их величие – это и твое величие тоже. И ты не должен винить Геркаймера за то, что он так думает.
– Это и твой народ, если уж на то пошло!
Она печально покачала головой:
– У меня особый случай. Меня воспитали андроиды. Геркаймер – один из них. Так что я, пожалуй, больше андроид, чем человек.
Геркаймер сидел на траве рядом с мертвым агентом Тревора. Он не отнимал рук от лица. Кровь стекала по пальцам, капала на траву.
– Очень рад был повидаться с тобой. – Саттон холодно взглянул на Еву. – Благодарю за завтрак.
