– А двадцать четвёртого июля я буду своей кошке устраивать день рождения. Если конечно она не успеет спрятаться. Так ты приходи. Я живу на улице Королёва, дом двенадцать.
– Пйиду, – серьёзно пообещал Вовка.
И счастливый приобретением нового друга, Андрюшка зашагал домой. Уже издалека он услышал за спиной голоса. Один – Вовкин, другой – незнакомый.
– Вовка, айда в прятки играть, – позвал незнакомый голос.
– Не, Саска, не пойду. Я уже посол! – отвечал важно Вовка.
– Какой посол? Чьей страны?
– Да не посол, а посол! Домой я посол, кино смотлеть.
– Какое?
– Пло спионов, Ссыт и месь!
И Андрюшка припустил бегом. Он тоже хотел посмотреть кино про шпионов. Кроме того, дома его ждала бабушка и, наверное, уже беспокоилась. Когда он миновал плотину и свернул на улицу Королёва, его обогнал милицейский УАЗик, тот самый. И Андрюшка помахал ему рукой.
Бабушка действительно его ждала. Поскольку слухи по деревне распространяются со скоростью мысли, бабушка давно знала про милицию. И поэтому ждала его не просто так, а с ремнём. Неудивительно – ведь она любила своего внука.
Наутро Васька со Славкой пришли к Андрюшке – того в наказание за вчерашнее не пустили гулять на весь день. И они до вечера обсуждали вчерашние события, возмущались враньем Шапокляк и тем, как здорово Андрюшке удалось её отшить. Когда она завела свою песню про пай-мальчика, мол, почему у тебя пуговицы нет, вот у мальчика Вовы из Серебровки все пуговицы на месте, Андрюшка ядовито осведомился: уж не Мишин ли фамилия того мальчика? И Шапокляк ничего не смогла ответить, только стала пунцовой от негодования и стыда. А ещё мальчишки возмущались по поводу несправедливости и строгости наказания.
– Сильно болит? – участливо спросил Славка.
– Сильно. Ремнём же пороли-то… Но сидеть могу.
– Ну ничего, пройдёт, – пожалел его сердобольный Васька. – Она ведь почему тебя выпорола? Потому что любит. Японский городовой…
Они немного помолчали, думая о жизненных трудностях. А потом Андрюшка глубокомысленно произнёс:
– Дельфины любят людей, они их спасают. Акулы тоже любят людей, они их едят.
– Да, – согласился Васька, – любовь бывает разной.
А Славка ничего не сказал, только вздохнул.
…потому что на носу уже был Новый год. Ваське подарили клюшку, настоящую, детскую, а вовсе не взрослую с укороченной батиной ножовкой ручкой. Каток возле клуба только сегодня днём залили горячей водой из шланга. Значит, можно уже! В хоккей! Васька, конечно, усвистал на улицу – играть. И не столько погонять шайбу, сколько похвастаться клюшкой. В декабре темнеет рано, но маленький каток возле клуба освещается яркой лампой, подвешенной над входом, и ещё прожектором. Поэтому гулять разрешалось допоздна. А ещё Ваське повезло в том, что его дом был совсем недалеко от клуба – он стол на той же улице, и клуб даже было видно из окна, если прислониться лбом к стеклу.
Мама позвала его домой полдесятого. Вышла из ворот и закричала: «Вася! Ва-а-а-а-ася! Домой!». Вася – мальчик послушный, поэтому через каких-нибудь двадцать, от силы тридцать минут он явился. Весь в снегу, от валенок до макушки, со свежей дыркой на колене, распаренный, румяный и весёлый.
– Мам, мам, я пришёл, – закричал он, на ходу сбрасывая шубку и избавляясь, дрыгая по очередности ногами, от валенок. Шубку, шапку на белой бельевой резинке, валенки и драные штаны с начёсом он раскидал по полу в коридоре, и с шумом ворвался в кухню. Причём ворвался не один – он тащил за собой закутанное серой шалью по самые глаза существо. Существо было ощутимо меньше Васьки, шло вперевалку, валенки были ему велики, а шаль в том месте, где должен находиться рот, была украшена мелкими бусинками льда. Существо покорно следовало за Васькой и молча хлопало огромными синими глазами.
– Это ты кого к нам в гости привёл? – поинтересовалась мама, ловко мешая шипящую на сковороде картошку.
– Это не в гости, мам. Это Нинка, Серёги Катугина сестрёнка. Она будет теперь с нами жить!
– Почему с нами?
– Она теперь наша – я её у Серёги на клюшку сменял!
Мама выронила нож. Папа отложил газету. А дедушка полез в платяной шкаф, туда он заглядывал за парадным пиджаком с медалями или за ремнём. Васька здраво рассудил, что сегодня пиджак ему ну никак не нужен, тем более вечер на дворе.
Словом, пришлось отцу одеваться и вместе с Васькой идти искать Серёгу, чтобы выменять обратно клюшку. Нинку вернули родителям, и жила она с ними вместе ещё много лет, согласно прописке. Ваську, как ему ни было удивительно, не выпоро-…
После окончания четвёртого класса Вовка из Серебровки научился наконец выговаривать букву «р». В остальном мало что изменилось, Андрюшка, Васька и Славка всё так же беззаветно дружили друг с другом, всё так же приходила Шапокляк – подтягивать троечников. Команда неразлейвода приносила немало хлопот деревенским жителям. Ну никак не сиделось им спокойно, вечно они изобретали что-нибудь этакое, вечно придумывали «научные эксперименты».
