Морщусь с того, сколько раз она протягивает гласные. Так неправильно. Неестественно.
– Сиано?
– Что вы, детектив. – Бэрдипот усмехается, и не остаётся никаких следов прежнего заикания. – Мистер Сиано не марает руки о мелких людей.
– Я думал, ты ценный сотрудник.
Бэрдипот задумывается, прежде чем ответить. Её привычный образ продолжает рушиться на глазах.
– Не думаю, что ценных сотрудников приказывают убить та-ак часто.
Захотела смутить, напомнив о нашей встрече?
– Тогда не ошибайся больше, – сухо кидаю и хватаюсь за ручку входной двери. Бэрдипот успела утомить одним присутствием. – Я не буду таскать тебе дела каждый раз, как ты будешь попадаться.
Тут я вру. Я бы сделал это снова. Сегодня я не впервые поступился всем ради неё, и с лёгкостью продолжу делать это.
Снова. И снова.
2
Лёжа на пропахшем куревом матрасе, тупо смотрю в потолок. До будильника всего час, и нужно собираться на работу. Смысла всё ещё продолжать жалкие попытки заснуть нет. Всю ночь я ворочался на кровати, скручивая вокруг себя одеяло. К пяти утра оно сбилось, наполовину торчало из пододеяльника и стало мокрым от пота. Пепельница на полу переполнена сигаретами, которые я выкуривал одну за другой на протяжении ночи.
Поход к Бэрдипот вывернул наизнанку душу. Но не это главная причина бессонницы. Она мучает меня с первой нашей встречи. Ещё в тот день я пролежал всю ночь, прокручивая её в голове снова, и узнал, что это за чувство такое, о котором не раз слышал: невозможность сомкнуть глаз. Утром пошёл на работу таким разбитым, что Харди весь оставшийся день шутил, что новичок «очень нервно отнёсся к происходящему на улицах».
Ортэм не понравился мне настолько, что привычка курить, которую я с величайшим трудом бросил в колледже, вернулась так быстро, что я и моргнуть не успел, как стоял на углу дома с дымящейся сигаретой и выслушивал от Харди жалобы на то, что мы должны работать в официальный выходной. Труп маленькой девочки, из-за которого нас вызвали вне графика, лежащий на асфальте, он напрочь при этом игнорировал.
Я хотел восстановить справедливость и порядок. Но даже не смог подняться выше Ортэма. Пятый, всего несколько лет назад добившийся полной сепарации от остальных уровней Вавилона. Семь лет я провёл в Неваде, потому что мой отец желал, чтобы я рос и учился как можно дальше от родного города. По его словам, Ортэм – не самое лучшее место. Отец уговаривал не возвращаться, но, когда понял, что мне тяжело вдали от дома, сдался. Настаивал на том только, чтобы не жить в Ортэме. А хотя бы в Китрихе. Третий уровень самый нейтральный, хоть процент преступности там не ниже. Только вернуться я всё равно не успел… За три дня до выпускных экзаменов мне сообщили, что отец трагически погиб в автокатастрофе. А вернуться в родной дом предстояло всего через неделю. Поэтому… я решил, что останусь в Ортэме. Месте, где он проработал больше двадцати лет, пытаясь, будучи прокурором, контролировать порядок. Но я не ожидал, вернувшись, что место, которое я успел позабыть, будучи ребёнком, окажется такой помойкой. Что в участке не найдётся ни одного порядочного копа. Все продажные, лживые, лицемерные. И совершенно этого не скрывающие. Дьяволы в форме полицейских. Три месяца работы в VCPD, и я успел разочароваться в жизни.
Каждый день приходилось терпеть саркастичные пошлости от Харди Томпсона. Самого гадкого во всём участке. И по нелепой случайности напарника. Я пытался отдать работе всего себя. Не желал впитывать грязь, уподобляться остальным доблестным представителям закона. Может… будь у меня девушка, которая поддерживала, когда я возвращался домой в желании утопиться в виски, стало бы легче. Но Джейнис бросила меня в колледже, и после неё я разочаровался в отношениях. Всё делал не так: не уделял внимания, а если и уделял, то неправильно, не понимал её и прочие непонятные женские предъявы.
В первые дни работы мне ослепительно улыбнулись несколько девушек. Сразу вспомнилась вся гадость, что творилась в отношениях с Джейнис, и я решил, что нахрен оно мне снова не надо. Проще быть женатым на работе. Хотя и эта оказалась той ещё стервой с прибабахом. С Харди в придачу.
В подобном состоянии я находился около трёх месяцев своей новой работы в VCPD ровно до того дня, как впервые встретил Бэрдипот.
Это было расследование по делу убийства Палмеров, и Харди предложил мне пойти к «его старой подруге». Владелице одного из клубов для «элитного» общества. Информацию по делу полиция не смогла найти честным образом, поэтому Харди решил обратиться к мафии. На моё замечание, что не может коп водить дружбу с представителем криминала, Харди рассмеялся и сказал: «а как ты ещё собрался выжить здесь, новичок?»
Не жить. Выживать. Вот, что приходилось делать в этом Богом забытом месте. Выживать, в надежде встретить следующий рассвет. Чего ещё желать, разве это не предел мечтаний?
