Фраза «на счет них», однако, его зацепила, но еще больше насторожила. Захотелось узнать подробности. Но обстановка была явно не располагающей: темный переулок, он один, подозрительный автомобиль, опять же мама с детства говорила «не разговаривать…».
«На счет них…, - пролистывал варианты Захар. — Мало кто знает о них что-то стоящее. Или они хотят узнать у меня? Так они могут быть ими…, где гарантия…»
Он все-таки отошел дальше от края тротуара и поспешил к перекрестку, где свернул не в свою сторону, но на более освещенную и оживленную улицу. Пройдя один дом, он исчез в торговом центре.
Все произошло очень быстро, но нервы так ошпарило адреналином, что он чувствовал взгляды даже спиной, а каждый встречный взгляд ему теперь казался омерзительно подозрительным, или это просто со стороны людям было заметно, что он весь на иголках, и люди на него странно смотрели.
Случай, однако, заставил его изменить маршрут домой. Он стал обходить философские улицы стороной.
Но даже людными улицами, оказалось, ходить не на много спокойнее.
Возвращаясь снова через несколько дней домой и проходя оживленный пятачок, Захар по своему обыкновению разглядывал все вокруг, неподвижное и не очень. На одном из таких не очень, точнее одной, в своеобразной униформе нежно жидкого цвета в желтящем под глубокую старину свете фонарей задержался взгляд с отдачей в мозг: «Хм… Чёсе! Девица из разряда не проходите мимо, не подходите близко!» Присмотрелся. А девица бровками только опа, глазками так тыц. И вкрадчиво и медленно:
— Есть, о чем потолковать.
«Ну, ситуация понятна, — подумал Захар. — Только не понял, с чего это она интересуется, есть ли у меня, о чем с ней потолковать? Заторможенно приостановился. Или это теперь так называется?»
— У меня?
— Не у тебя. У меня, — продолжила девица.
— Предпочитаю у себя, — брякнул Захар.
— У меня есть, о чем с тобой потолковать, — тем же соблазнительным тоном, но предельно ясно уточнила девица.
— У меня жена, ребенок, — Захар пошел медленно вперед, припомнив недавний случай.
— А говоришь, предпочитаешь дома? — девица поплыла за ним.
— Ну, с женой!
— И ребенком? — хихикнула она, вцепившись ему в руку. — Я же вижу тебя насквозь!
— Как мило!
— Может, все-таки пройдем куда-нибудь? — не сдавалась коварная бестия, обмахивая Захара ресницами.
— Засубботимся, так сказать, по самую пятницу! — отшучивался Захар.
— Ммммм, да у тебя аппетит какой юношеский! Люблю такой, — опьяняла она словами.
— У меня жена, — повторил напряженно Захар.
— Тогда не пойдем. Присядем здесь? — она взглядом указала на уютное местечко в двух шагах от них. — Потолкуем.
«Эх ты! — подумал Захар. — Прям, не заманивает, а затягивает!»
— А, давай, попробуем! — подмигнул он ей.
Они прошли за кованую ограду, затянутую сверху затемняю-щим даже днем тентом, и заняли свободный столик поближе к улице. Захар поднял руку, заказывая два.
— У тебя же нет жены? — вкрадчиво спросила девица.
— А вдруг?
Ей не было интересно дальше играть в угадалки, так как она знала, что жены у Захара нет. Поэтому она сменила тему.
— Инга.
Парнишка принес два стакана кваса — единственный напиток, который здесь и вообще на улицах подавали, не считая воды. Захар улыбался, смотрел на нее, пытаясь ее понять, но не ответил.
— Ты с работы? А где ты работаешь? — продолжила она.
— Тут, неподалеку.
Игривая интонация девицы несколько неожиданно сменилась на довольно деловую, не располагающую далее к легкомысленным темам разговора:
— Охранник со вторым доступом, Кройко Захар, филиал ГЦЭС, попросту «Горэнергосистема», смену закончил, следующая через два дня. Второе место работы — смотритель в доме престарелых. Повторяю, я Инга.
— Впечатлен! — развел руками а за одно и бровями Захар, и даже ушами, как показалось самому Захару; у него даже промелькнула мысль, не заметила бы последнее его собеседница. — И все-таки соблюдем этикет, — медленно и многозначительно протянул он. — Захар. Очччень приятно.
Он отвесил учтивый поклон головой, в которой, конечно, уже перебирались подозрения и оправдания, и отметился факт, что детектор молчал.
— Взаимно. Познакомились, — сухо ответила она.
— Просто Инга? Ты уж извини, что я так не осведомлен о тебе, как ты обо мне.
— Просто Инга! — ответила она. — Все просто, вот руки, — она сделала руками жест, мол «руки чисты, все без фокусов», и опустила их открытыми ладонями на стол.
— Захар наклонился, словно разглядеть поближе, провел по ее руке вдоль ладони по линии жизни, потом по линии судьбы.
— Читаешь? — Инга посмотрела ему в глаза.
— Проверяю, — будто задумчиво произнес Захар.
— Что именнò
Захар ловко поймал болтавшийся на запястье зубец и проверил. Из пальца Инги выступила кровь.
— Придурок! — огрызнулась она, отдернув руку. Через мгновение добавила. — Хотя, я знаю, зачем ты это сделал.
Захару даже показалось, что она ждала такой проверки. А в его голове немного отхлынуло. В Примуле уже давно шутили, что люди стали вампирами. Только им не нужно пить кровь стаканами, достаточно увидеть каплю крови, как на душе становится спокойно.
