Шефа не смутила краткость Ярика, который и прежде не позволял себе лишних разговоров. Но шеф обратил внимание, что Ярик несколько скован.
— Тебе задавали какие-то дополнительные вопросы?
— Меня вызывали как свидетеля обвинения.
— Тебя? — сыграл шеф.
— Это не удивительно. Я был в числе первых активистов, заводивших дело. Пришлось отказаться от дачи показаний, сославшись на то, что я присутствую в качестве представителя компании.
— Да. Это правильно.
— Они пытались обвинить Вас в подкупе свидетелей, мол, обеспечили работой и заткнули рот.
— Вот даже как?
— Мне пришлось оправдываться, что на работу я к вам пришел за две недели до того, как жильцам было объявлено решение о сносе дома. Для проверки пришлось предъявить пропуск, где указана дата его выдачи.
— Обвинение заявило об апелляциù
— У присутствующих активистов с той стороны не хватило решимости сразу объявить об этом.
— Видимо, без тебя?
— Полагаю, да.
— А выйдя из зала суда и перестав представлять компанию, ты не присоединился к ним?
— У меня не было времени думать об этом. Нужно было ехать в офис, — уклончиво ответил Ярик.
Яну не понравилось, что Ярик ушел от прямого ответа. Но шеф в такие игры умел играть гораздо лучше Ярика. И не только на таком уровне.
— Это, конечно, ответ, — сказал он. — Но все-таки не тот.
Разговор закончился неопределенностью.
Ярика это беспокоило. Беспокоило то, что подобная ситуация вообще возникла. Его ведь, практически, подставили. Он уже успел составить некое мнение о шефе, о его деловом и обдуманном подходе. И теперь такая идея со стороны шефа ему казалась, по крайней мере, странной. Беспокоило так же то, что так никто и не решился расставить все точки над «i», позволив остаться странной напряженности.
Однако, шеф был доволен. Доволен и общим результатом, и даже сложившейся неопределенностью, которая иногда может быть полезной, как считал Ян Константинович, чтобы, например, люди не зарывались. Сейчас он понимал, что это было поспешное решение в безвыходной ситуации.
«А в безвыходной лù» — думал он, вспоминая, как это решение появилось.
Он так же осознавал, в какую ситуацию он поставил Ярика, и чем, на самом деле, все могло закончиться — например, судом в следующей инстанции, который с бòльшими усилиями, но так или иначе все равно бы закончился нужным результатом. Он так же понимал, что, несмотря на уклончивый ответ, Ярик дальше не будет заниматься этим делом. А без него, насколько он понял ситуацию, все, скорее всего, развалится.
На следующий день Ярик пришел на работу тяжелым, но с надеждой, что все утрясется. Обратил внимание, что его канцелярушки о чем-то шушукались у окна, но быстро разбежались по местам, когда он вошел. Причем шушукались всем составом, без разделения по возрасту и даже вместе с Серафимой.
«О! — подумал Ярик. — Если объединились оба клана? Это к переменам! Интересно, кто на этот раз жертва их дружбы?»
Но это узнать, к сожалению, невозможно. Ярик не много времени проводил в офисе компании. Не часто был в своем отделе и уж тем более редко в других, хотя и бывал, конечно, уже во всех. Он испытывал иногда странное ощущение, когда ты везде свой, и при этом чужой даже у себя.
Он скользко был знаком с локальными причудами служб и даже с корпоративными традициями. Но слышал, что руководство предпринимает много усилий, чтобы не допустить дружбы одних подразделений против других. Поэтому заговорщицкие взгляды в отделе его несколько удивили.
Вторая половина дня просто взорвала весь офис. Ярик как раз вернулся из утренней поездки. Все здание гудело, кипело, царило ощущение, что все вращалось вокруг чего-то. Первая мысль, которая промелькнула у Ярика: «Да-а. Вот это тетки дошушукались утром!» Но, поднявшись в отдел, он понял, что не угадал, так как тетки снова шептались и снова разбежались.
— Что за революция в зданиù — поинтересовался Ярик.
— Шеф нашел новый проект! — обрадовала его Марьям, самая молодая в отделе, самая незамужняя. В отличие от других неза-мужних, она просто замужем не была.
— На этот раз в Эмиратах! — пренебрежительно добавила, включившаяся в борьбу за внимание Клавка.
— Ох, ты! — удивился Ярик. — Франция, теперь Эмираты! Где нас еще не хватает? Куда дальше потянем свои краны и ковшù
— Подожди! Ковши! — успокоила его рассудительная Серафима.
— Для начала бы лопаты! — продолжила не отличавшаяся оптимизмом Клавка.
— Это только проект. Еще не решено, что он наш. Там таких, как мы, не мало найдется, — обосновала свой скепсис Серафима Андреевна.
На том и разошлись. Только вот и шеф разошелся не на шутку: архитекторам и дизайнерам поручил придумать нечто такое, чтобы Дубай обязательно захотел это иметь у себя, инженеров отправил изучать местность, с юристами, со всем одним оставшимся, договорился о погружении в Эмиратские законы, маркетологам все это предстояло завернуть в блестящую розовую прозрачку… В общем мало кто заметил, как закончилась неделя и когда началась следующая.
