В первый же месяц голод и хаос слизали треть населения Земли. В некоторых районах, которые больше других зависели от поставок из других регионов, выжило и вовсе до десяти процентов жителей. Еще треть была отпущена на вечную волю последней третью позже при дележе оставшихся ресурсов и формировании новых сфер влияния.
Эти процессы, как это ни печально, возобладали перед попытками всеобщей консолидации. Враг врага оказался так же врагом.
Прошли месяцы и годы – голодные, жестокие – прежде чем начали складываться новые шелковые пути. Но они должны были сложиться, потому что в любых условиях существует возможность получить выгоду. И эти возможности, покрывая одна другую, начинают формировать новые правила.
– Да, Палаш, я тебя, наконец, слышу! Ты меня слышишь? Как связь?
– Отлично, Глеб! – ответила Пелагея.
– Ну, наконец-то! – обрадовался Глеб.
Захар поймал хлопок победы от Милены и поднял руку, чтобы таким же образом поздравить с удачей Глеба. Кто одной, кто двумя руками, радостные поздравления раскатились волной по всему штабу.
– Вы что там, голубей запускаете? – спросила Пелагея.
– Палаш, все нормально! Ребята просто радуются за хорошую работу.
– Лаша, держи и ты пять! – поприветствовал Пелагею Захар. – Теперь мы надолго на связи!
Волна несколькими хлопками поздравлений передалась в немногочисленный пока третий штаб.
– Связь-то налажена. Осталось только подождать несколько дней и убедиться, что они не смогут ее обнаружить. Канал зашифрован? – уточнила Пелагея.
Глеб посмотрел на Акима, инженера по связи:
– Что скажешь, дружище?
– Конечно, Палаш, – кивнул тот в ответ головой. – Ты не поверишь, как я рад тебя снова слышать.
– Поверю, Аким. Поверю, – с радостной тоской в голосе ответила Пелагея.
– Ну, будем надеяться, что этот канал они не увидят, – продолжил Глеб, – и старая добрая оптика нам еще послужит. Начинаем отсчет тестового периода. Мы пока прорабатываем подключение через оптику второго штаба. Вы в своем штабе сделали защиту?
– Да. Вся территория обшита металлической сеткой, – ответила Пелагея. – Над нами находится обычный жилой дом с его обычным излучением, который нас дополнительно маскирует. У нас осталось километров пятьдесят волокна. Забирайте, если нужно для прокладки во второй штаб.
– Этого все равно мало. Они расположены от старых магистралей намного дальше вас. Поэтому с вас и начали. Ну, будем искать склады. Где-то же еще должно было остаться это старье?! Да и наверняка еще остались где-то производства. Запустим их, если стоят.
Глеб засмеялся при мысли, к на сколько старым технологиям им приходится теперь возвращаться.
– Тебе чего смешно-то стало? – спросила Пелагея.
– Да, просто. После оптики было еще два поколения технологий, но она еще не полностью умерла. И только то, что на демонтаж проложенных линий нужны были огромные деньги, которые попросту зажали, теперь, возможно, нас свяжет.
– Понятно. Ладно, давай теперь поговорим о планах. Изображение мы когда увидим?
– Аким, прокомментируешь? – попросил Глеб.
– Канал широкий. На данный момент актуально было наличие самой связи. Если канал будет работать, то контентом мы его наполним. Передача видео не сложнее передачи звука. Но просто на таком оборудовании этого давно никто не делал.
– Отлично! Но много больно говоришь. Скажи, Аким, проще, когда я тебя увижу? – настаивала Пелагея.
– Лаш, пару дней потерпишь?
– Так долго?
– Что долго? – не утерпел Аким.
– Ну, потерплю! Убаял! Сколько тебя помню, ты всегда умел это сделать. С самого детства! – засмеялась Пелагея.
– Да тебя вообще всегда было легко уговорить, – подначил ее Аким.
– Меня? – возмутилась Пелагея.
– Тебя, тебя. Особенно на какой-нибудь беспредел.
– Вы представляете, как мы навспоминаемся, когда увидим друг друга? – остановил их Глеб. – Ладно. Вернемся на землю. Видео – это наши ближайшие планы. Но нужно возвращаться к более сложным вопросам. Во-первых, нам необходимо уметь отличать их от нас, не стреляя в голову и не отрубая руку.
– И желательно даже не прокалывая пальцы, – уточнила Пелагея.
– Да. Так как в этом случае ситуация сразу становится непредсказуемой, – добавил Захар.
– Безусловно, – согласилась Глеб. – В случае ошибки мы можем потерять человека. А в случае удачи никакого вреда им все равно не наносим. Они даже если и рассыпаются, то моментально восстанавливаются. Отсюда вторая задача, все-таки нужно иметь способ их нейтрализовывать.
– Ну, у нас есть как минимум один способ, – уверенно сказала Пелагея.
– Это ты какой именно имеешь в виду? – уточнил Глеб.
– Какой? Он единственный, насколько я знаю! Мгновенная заморозка. Зато он проверенный! Как минимум один раз! Я только технических подробностей не знаю.
– Лаш, ты смеешься что ли? – Ей ответил Джоска, который как никто другой знал все трудности этого способа. – Я расскажу тебе подробности. Основные действия мероприятия тогда происходили на искусственном льду, который можно было практически мгновенно разморозить и снова заморозить. И это очень не само собой происходит!
