– Но ведь как выяснилось, это отличный способ одновременно изолировать множество частей друг от друга. Или я что-то не правильно понимаю? – словно спрашивая у окружающих, уточнила Пелагея.
– Наверное, правильно, – ответил ей Нейл, который в их штабе тоже шарил по технической части. – Вот об этом же и рассказывает человек. Давай дослушаем.
– Да. Давайте дослушаем, – поддержала его Колет.
– Но это только первая из задействованных тогда технологий, – продолжил Джоска. – То, что они рассыпаются на мелкие части – это то немногое, что мы тогда о них знали.
– Впрочем, сейчас знаем не намного больше, – добавил Глеб.
– Согласен.
– Да и на сколько реально так все подтасовывать каждый раз, чтобы они оказались рассыпавшимися в воде, которая только их и ждет, чтобы резко замерзнуть? – добавил Захар.
– Вот, вот! А для создания эффекта парения артистов, – не унимался Джоска, – использовались магнитные подушки. Это вторая технология. Идею этого концерта мы тогда прорабатывали до мелочей. Продюсеры купились и тогда даже в очередь за ней стояли. Мы ее еще и хорошо продали! Только мы установили гораздо более мощные магниты, чем договаривались. Их тела состоят и множества мелких притягивающихся частиц.
– А как они удерживаются вместе? – перебил его Нейл.
– Откуда ж я знаю?! Мы выяснили только, что они реагируют на магнитное поле.
– Значит в магнитном поле, чтобы удержать форму, частицы начинают сопротивляться полю, – рассуждал вместе с Джоской Нейл.
– Конечно, – согласился Джоска. – Вы видели на записях, что их движения стали неестественными?
Все без исключения, кто собрался сегодня на пробный сеанс связи, видели этот момент не меньше сотни раз. Им ничего не оставалось, как хором дать утвердительный ответ.
– И если сила магнитного поля превысит их предел сопротивления, – рассказывал Джоска, – то мы предполагали, что они будут разваливаться. Но они все попытались покинуть лед.
В этот момент мы, как и планировали, разморозили на несколько секунд ледовую арену. Дальше не все пошло по плану, но это оказалось даже лучше. От недостатка мощности вышли из строя цепи, обеспечивающие магниты. Резко пропало магнитное поле, и они рассыпались от собственного внутреннего напряжения. В этот момент сработала заморозка льда, и все, что попало в воду, уже не смогло соединиться в одно тело.
– Задумка с фантазией, конечно, – согласилась Пелагея.
– И заметь, все оборудование тогда закупалось не за наш счет! – поставил жирный акцент Джоска.
– И тогда это все еще можно было достать! А теперь это гораздо труднее. Боюсь, производства-то такие стоят! – добавил Аким.
– Вот и я о том же, – ответил Джоска. – Этот способ слишком сложен. Он не может использоваться массово. А значит, не годится для борьбы.
– С момента начала столкновения прошло уже почти два года, а мы так мало знаем о нашем противнике, – отметил Глеб.
– И единственный результат этих лет это то, что мы еще не уничтожены, – констатировал Нейл, после небольшой паузы.
– Однако, это все-таки положительный результат, – добавила Колет. – Люди ведь могли бы остановиться и позже.
– Мы, кроме того, начали развиваться, – возразила Пелагея. – Хотя бы налаживать связь. А без связи мы не сможем ничего стоящего предпринять. Кроме того, мы теперь знаем, как надежно от них укрыться.
– Положительный! – Глеб согласился. – Но это тоже порождает больше вопросов, чем ответов. Они не могут нас уничтожить? Или не хотят? Если не хотят, то почему? Зачем мы им нужны?
– О чем ты говоришь? Не хотят! – возмутилась Пелагея. – Они ежедневно истребляют тысячи человек.
– Они проводят зачистки населения, преимущественно уничтожая солдат столкновения, – пояснил Глеб. – Если бы они хотели, они бы могли за день уничтожить все население Земли. Вот и вопрос. Чем мы для них являемся?
– Еще скажи, что они пытаются сохранить нашу расу? – возмутился Джоска, который периодически захлебывался от ненависти или азарта борьбы.
– Скажу! – настаивал Глеб. – Не пытаются, а старательно и методично это делают! Ведь вспомните, за последние десятилетия, до войны, ведь в мире не осталось отсталых регионов. Везде была инфраструктура, люди забыли про голод. Везде было обязательное бесплатное образование вплоть до диссертаций! В школах до сих пор есть научные лаборатории! Их ведь не везде закрыли!
– Ну, уничтожают они не только солдат столкновения, – прервал Нейл, мрачную цепь рассуждений Глеба. – У нас в день убирают по несколько обычных людей, практически с улицы. Может, потому что город большой, поэтому так много. У нас вот Колет раньше собирала информацию обо всех таких случаях с самого начала столкновения: кого, при каких обстоятельствах…
– Единственной общей чертой всех смертей, я смогла сделать только такой вывод, – продолжила за Нейла Колет, – было наличие шумного происшествия, неразберихи, паники.
